Книга Моя истинная. На завтра и навсегда, страница 40 – Лесана Мун

— Вот, кстати… что это такое истинная? Ты сейчас говоришь, и рыбак говорил…

— Я все тебе расскажу, когда проснешься, обещаю. Думаю, пришло время для откровенного разговора. А сейчас спи.

И стоит только Ксандру сказать «спи», как я почти мгновенно проваливаюсь в сон. Яркий и цветной, как в детстве.

— О-о-о-о, это что-то, — на меня мешком падает Вика, снова разбудив на самом интересном месте, где мы с Ксандом как раз собирались поцеловаться.

— Слезь! — пытаюсь выползти из-под одеяла, пока не задохнулась.

Подруга скатывается с меня и замирает на второй половине кровати. Приподнимаю голову, смотрю на нее.

— Что произошло?

— Мы хорошо выспались, — отвечает, улыбаясь от уха до уха.

— Кто мы? Мы — ты и я? Или мы — вы с тем рыжим?

— О-о, какой интересный вопрос. Увы. Рыжик сбежал, едва меня уложил в кровать. Но это ничего. Дам ему время подумать, рассмотреть все мои достоинства.

— Думаешь, ему это нужно?

— Слушай, МНЕ это нужно. Красивый, вдовец. Печальный весь такой. Ты же понимаешь — это просто мой краш!

— Да я знаю, что ты любишь подбитых птиц, — улыбаюсь.

— О-о, а какой он красивый… Сокол — не меньше. Может, ястреб еще. Веришь, вспоминаю о нем и прямо озноб по коже.

— Наверное, нужно вставать… Сейчас вообще день, ночь?

— Вечер. Мы с тобой весь день проспали после встречи с тем уродом, — Вика недовольно хмурится.

— Это ничего. Учитывая все обстоятельства, все могло быть намного хуже.

— Ох, ты такая оптимистка, знаешь это? — язвит подруга, вставая с кровати и почесывая Пусика, жалобно смотрящего на нас с пола. — Нет, маленький мой, на постель тетя Лена не разрешает. Но это ничего, полежишь у меня. — Пойдем в гостиную, там нам ужин принесли, еще теплый, поедим.

Нехотя встаю, сначала посещаю ванную комнату, а потом выползаю к столу. А когда сажусь и беру тарелку на меня разом валятся воспоминания. Все! Особенно о том, как я себя вела с Ксандром, как приставала к нему самым наглым образом.

— Ма-а-атерь божья, — выдыхаю, аппетит моментально пропадает.

— Что случилось? — интересуется Вика, радостно жуя за двоих, при этом не забывая подкармливать и Пусика.

— Ох… кое-что… я вела себя с Ксандром как… как…

— Как кто? — не выдерживает Вика.

— Как его настоящая девушка! А мы вообще-то понарошку тут все делаем!

— Не ори так, — перебивает меня подруга. — Может, кто-то еще не в курсе вашей игры. Ты что… вешалась на него?

— Хуже! Я приставала к нему! Нагло!

— Ух ты-ы-ы, — Вика широко улыбается, глядя на меня, как довольная мать на любимого ребенка. — Наконец-то!

— В смысле?

— Да только слепой не заметит, как от вас с Санькой искрит, дурында ты! Я надеялась, что вас раньше прорвет, но вы почему-то удивительно стойко держались. Ну, класс! Теперь я довольна.

— Ты думаешь… я ему тоже не безразлична?

— Уверена. Он так на тебя смотрит, как будто съесть хочет! А когда ты улыбаешься, он весь загорается. Как новогодняя елка. Клянусь! Если бы на меня так кто смотрел, — в голосе Вики на секундочку проскакивают грустные нотки, но быстро исчезают.

— Будут и на тебя смотреть, как на любимое лакомство. Вон рыжик, — пытаюсь подбодрить Вику.

— Бегает он от меня. Как от чумной, — отвечает подруга с грустью. — При этом тайком наблюдает за мной, я видела. Эх… вечно у меня все не как у нормальных людей.