Книга Моя истинная. На завтра и навсегда, страница 6 – Лесана Мун

— Ага, я тайная садистка, — Вика расслабленно пьет кофе и, глядя на нее, никогда не скажешь, что она — бизнес-леди.

И тем не менее, так и есть. В двадцать шесть лет Виктория уже владелица нескольких маникюрных салонов. А начинала работать на кухне своей однушки десять лет назад. Тогда мы с ней и познакомились. Моя сестра пришла на маникюр и притащила меня за компанию.

Ксения и Вика сначала сдружились, а потом разругались. Из-за чего, до сих пор не знаю, но с тех пор мы с Викторией стали не разлей вода. Мне очень льстила эта дружба: девушка старше меня на целых ТРИ года общается со мной, делится мечтами и не говорит, что мои мысли глупые или детские. Все-таки между тринадцатью и шестнадцатью годами лежит огромная пропасть. Но Вика ее спокойно перешагнула. Она вообще, крайне бесстрашная. Иногда даже чересчур.

— Так что хотела наша любимая Ксюша-юбочка из плюша, мозги из ватина?

Не сдержавшись, фыркаю. Вот умеет Вика припечатать! У меня так никогда не получается.

— Пригласить меня на свадьбу, естественно.

— И зачем оно тебе надо? Давно никто головой в помои не макал? — Вика внимательно смотрит на меня из-за ободка чашки.

— Там и папа будет… Я давно его не видела, — говорю жалобно.

— Приедешь к нему как-нибудь в гости.

— Это далеко…

— Зато мир посмотришь, себя покажешь.

— Вика, ты же знаешь, мне не простят, если я не приеду.

— Да плевать! По факту, они совсем чужие тебе люди, хоть у вас и одна кровь.

— Я не могу так, как ты…

На какое-то время на кухне повисает гнетущая тишина. Мы обе погружаемся в свои не самые светлые мысли.

— Ладно. Поедем вместе, уж при мне…

— Ксения запретила тебе приезжать. Тем более, после прошлого раза, — говорю виновато.

— А что было в прошлый раз? — Виктория делает невозмутимое лицо. — Тот многоярусный торт я не трогала, он изначально был какой-то кривой.

— Его специально сделали в виде Пизанской башни, — отвечаю с улыбкой.

— А откуда мне было знать? Захожу я на кухню, а там это кривой ужас! И его сейчас будут вывозить. Зная твою сеструню и ее помешанность на порядке, я решилась, можно сказать, на подвиг. Как Александр Матросов! Как… Павлик Морозов! Ну… ты поняла.

Отвечать я уже не могу, потому что хохочу во все горло, вспоминая, как в зал, полный гостей, ввозят торт. Высокая, ровная труба, вместо Пизанской башни, с отпечатками рук по всей зеркальной поверхности торта и шваброй!!! Всунутой в торт, как шпажка в бургер.

— Это, чтобы уже наверняка не упал, — сообщила мне потом Вика, когда нас обеих выкинула за ворота охрана.

Ее за то, что испортила торт, меня — за то, что посмела защищать подругу. Это сейчас мы хохочем, как гиены, а тогда было совсем не до смеха. Кто мне потом только ни звонил. И сестра, и ее муж-итальянец, и мама, и тетки. И каждый, чтобы пристыдить. Как маленькую.

— И есть проблема с этой свадьбой, — говорю, когда мы уже отсмеялись.

— О, да! Там много проблем! — Страшно выпучив глаза смеется Вика.

— Ксения пригласила также и Романа.

— Что⁇ — У подруги даже печенье выпадает из пальцев и хлюпается в чашку с остатками бежевого сиропа.

— Сказала, что приглашала нас, как пару. Мы разошлись, но она то с ним дружит, и типа не может его не пригласить… Ну в общем, ты поняла, да?

— Да все я поняла! Змеюка подколодная твоя сеструня! Лишний раз поиздеваться хочет. И на этот раз чтобы при всех родственниках. Не нужно туда ехать, Лен.