Книга Моя истинная. На завтра и навсегда, страница 79 – Лесана Мун

— Опоздали? — спрашиваю шепотом.

— Нет. Но нужно поспешить, — отвечает бабуля еще больше ускоряясь.

Мы выбегаем на поляну, где по кругу, как в импровизированном Колизее, стоят скамейки, через добрых десяток минут. Я к тому времени уже слегка задыхаюсь, а бабуля ничего, держится молодцом.

Первый ряд занимают, видимо, самые важные персоны. На поляне стоит Ксандр и о чем-то говорит с одним из старейшин — высоким мужчиной средних лет, с длинными усами. Шварц стоит поодаль, и вся его поза демонстрирует уверенность и явное превосходство.

Добежав до ряда, где нам все видно, мы резко останавливаемся.

— Нам бы поближе подойти, — говорю леди Аделаиде.

— Пока побудем тут, посмотрим, что происходит, — отвечает она, впиваясь глазами во внука. Наверное, даже что-то слышит из его разговора с мужчиной.

— Что там? — спрашиваю.

— Ш-ш-ш, — шипит на меня бабуля.

Я обращаю внимание, что к Шварцу подходит беременная женщина. Они о чем-то переговариваются. А я пытаюсь понять, где я ее видела?

— Леди Аделаида, — зову бабулю.

— Что? — поворачивается ко мне крайне раздосадованной, видимо разговор интересный, а она злится, что отвлекаю.

— А кто это возле Шварца?

Леди Аделаида поворачивается в сторону нашего неприятеля, долго смотрит, потом отвечает:

— Я могу, конечно, ошибаться, давно ее не видела. Но, похоже, это Майя — истинная Вольфганга.

— Кто? — переспрашиваю, а у самой почти звенит в ушах от услышанного имени.

— Майя. Истинная Шварца. Они долго не могли найти общий язык, она даже сбежала от него из-за того, что он, идиот, сообщил, что любит Элоизу, мать Ксандра, на тот момент уже замужнюю женщину. Я бы тоже сбежала после такого и не вернулась бы.

Дальше я уже не слушаю, впившись глазами в стоящую возле Шварца женщину. Вспомнила! Именно она подошла ко мне и дала воду, когда я сидела на лавке возле больницы после того, как мать сообщила мне, что я ей не родная.

Майя! Не может быть… или может?

И в этот момент женщина, словно почувствовав мой взгляд, поворачивается и смотрит на меня.

— Ты ее знаешь? — шепотом спрашивает Вика.

— Я, конечно, могу ошибаться, но, по-моему, это моя биологическая мать, — отвечаю в легкой степени шока.

— Это ты шутишь так? — переспрашивает подруга.

— Посмотри на мое лицо и скажи, похоже, что я шучу?

— У тебя сейчас такое выражение, словно ты Змея Горыныча увидела, и пока еще не поняла: стоит бежать-спасаться, или можно поговорить с этим дивным зверем.

— В точку, — отвечаю, не спуская глаз с Майи, которая тоже, в свою очередь, продолжает смотреть на меня. Потом она что-то говорит Шварцу, он начинает нервничать и о чем-то сообщает своему собеседнику.

И тут же над поляной звучит голос:

— Вольфганг Шварц просит получасов перерыв перед поединком. Удовлетворим ли мы его просьбу?

Быстрым голосованием становится понятно, что таки да, перерыв будет. И едва Шварц с Майей покидают поляну, ко мне подходит девушка и говорит:

— Эллен, я прошу вас пройти со мной.

— Куда это? — тут же влезает Вика, не дав мне и рот открыть.

— Господин Шварц просит подойти к его беседке, — отвечает посланница.

— Зачем? — это уже я спрашиваю. — Если ему что-то нужно, пусть сам подходит.

— К сожалению, господин Шварц не может оставить свою истинную, которой внезапно стало нехорошо, потому и перерыв сделали. Они давно ждали этого ребенка, и господин очень волнуется, оберегает пару.