Книга Я спасу тебя, или Десять нелепых смертей Эйрин Миттар, страница 141 – Марина Александрова

— Можно? — попросил он, протянув мне открытую ладонь.

— Я так понимаю, что это твоя фамильная реликвия, почему ты спрашиваешь? — усмехнулась я, аккуратно протянув ему часы.

— Потому, что теперь они твои, — просто пояснил он. — Но ты права, когда-то они принадлежали моей семье на протяжении довольно длительного времени. Даже своя легенда о них есть, — на губах Терона возникла ироничная улыбка и он слегка покачал головой. — Ну, до этого момента я искренне полагал, что это всего лишь легенда. Говорят, много-много веков назад, ещё на заре времён, земли, где сейчас находится Давор, Эвритания и Северные пустоши были населены вовсе не оборотнями, людьми, магами и эльфами. Сюда мы пришли гораздо позже, когда истинные хозяева этих земель ушли в новый мир окончательно разочаровавшись в этом. Тогда эти земли были населены духами природы и стихий, возможно ты слышала о сильфах и семаргах?

— Дедуля читал мне что-то о них в детстве, — задумчиво прикусила я нижнюю губу. — Что-то о принцессе сильфов и принце семаргов…история любви огня и воздуха и как один сжег в своей страсти другую…

— Да, легенда, повествующая о том, как между принцем духов огня и принцессой духов воздуха вспыхнула запретная страсть и принц сжег сильфу, а после сам задохнулся без своей единственной. Говорят, потеряв двух наследников духи решили уйти туда, где время не имеет значения, и даже умершие однажды сумеют воскреснуть. Они покинули наш мир, но кое-что всё же осталось.

На этих словах Терон щелкнул что-то на часах, и крышка циферблата откинулась, обнажая внутренний механизм часов, где среди шестерёнок и прочих миниатюрных механизмов в самом центре расположился удивительный камень. Он был довольно маленьким, но совершенно необычным. Одна половинка прозрачная, как слеза, а другая темно-алая точно кровь.

— Говорят, когда-то мои предки решили основать свою первую шахту по добыче алмазов там, где был найден этот камень. В роду его очень ценили и называли сердцем двух стихий, как ты понимаешь, поговаривали, что это всё, что осталось от любви принца и принцессы — их сердца, сплавленные в одно.

— Ты полагаешь дело в камне? А сами часы совершенно обычные?

— Им больше трёхсот лет и делал их один из лучших эльфийских мастеров, как ты понимаешь, конечно же он был артефактором. Позволь, — он осторожно ссадил меня с колен на диван, поднялся и устремился к одному из стеллажей.

Некоторое время у Терона ушло на то, чтобы найти необходимую книгу, которая больше походила на толстенный альбом с рисунками и описанием к ним.

— Иди ко мне, — позвал он меня к себе, опустив книгу на письменный стол, а сам сел на стул.

Меня же вновь утащили на колени. Терон тут же уткнулся носом мне в шею с удовольствием и жадностью втягивая мой запах. Я же обняла его за плечи и вдохнула аромат его волос. Очень сложно было остановиться и просто перестать дышать друг другом, но нужно всё же взять себя в руки.

— Мои предки не слишком-то уважали и ценили артефакты, в принципе, как и все оборотни. Кто знает, сколько из предметов старины, купленных ими, имеют магические свойства, которые они посчитали неважными? Страшно представить, — хмыкнул он. — Но, вот чего у них не отнять, — начал он, листая книгу, — так это тщеславия и желания иметь подтверждение того, что редкая вещь сделана известным мастером и имеет за собой историю, а стало быть, и цену.