Книга Я спасу тебя, или Десять нелепых смертей Эйрин Миттар, страница 174 – Марина Александрова

— Грузим и валим, — припечатала Элаиз, получив согласный кивок подруги.

Запихав Анаис в экипаж, Элаиз вернулась на козлы, а Римель осталась присматривать за своей пленницей.

Домой они добрались уже глубоко за полночь. Оставив Римель внутри кареты, Элаиз легко открыла ворота и загнала неприметный экипаж внутрь. Хорошо, что жили они в конце улицы и репутация у семьи была такая, что лишний раз подглядывать за семейством Миттар ни у кого желания не возникало.

— На месте, — буркнула Элаиз, открыв дверцу экипажа и смерив задумчивым взглядом бессознательное тело пумы, которую Римель вполне профессионально связала своими драгоценными и безумно дорогими чулками, но чего не пожалеешь ради счастья детей.

— Я схожу за отцом, побудь тут, — попросила она Элаиз и направилась прямиком в спальню родителей.

Нортон и Фло как раз только что потушили свет, наконец-то дождавшись, когда их девочки вернулись. Роб и старшие мальчики были на службе, а дети давно спали. Когда дверь в их спальню скрипнула, оба медоеда решили, что будут притворяться спящими до победы, потому как слушать дотошное описание светского раута ни у кого из них не было ни малейшего желания.

— Па, — тихонько позвала Римель, но не дождавшись никакой реакции, подошла ближе и схватив отца за ногу слегка его потрясла.

«Не отвяжется», удрученно подумал мужчина, искренне позавидовав Фло, будить которую никто не спешил.

— Ну, па!

— М? — сонно промычал он.

— Одна сука мешает нашим детям жить, — тихонько обозначила Римель проблему, которую в их семье озвучивали Нортону только в том случае, когда понимали последствия, которые за этим будут.

— Где? — коротко спросил он.

— Даже не спросишь, кто? — усмехнулась Римель.

Нортон открыл глаза и сел уже вместе с Фло.

— Это уже неважно, — пожал он плечами. — Кажется, у твоих тыкв будет новое удобрение, — посмотрел он на свою жену, а та лишь согласно кивнула.

* * *

Терон Аскард

Когда его мачеха и сводная сестра споро покинули собрание акционеров стало немного спокойнее. Странно, он думал, что почувствует какую-то радость хотя бы от какой-то части воплотившейся мести, но всё, что осталось это усталость и немного успокоения. В первую очередь от того, что хотя бы одна из троих перестанет быть источником неприятностей. Его отца месть не вернёт, как не вернёт и все те годы жизни, когда ему приходилось жить в постоянном напряжении и страхе от ожидания того, что придумают эти змеи завтра. Страх остался где-то в его юности. Напряжение преобразовалось в желание дотошного планирования собственной безопасности, а как следствие и действий, поступков, знакомств и прочего. Каждый шаг его взрослой жизни был сформирован тогда, когда был жив страх за собственную жизнь. Сейчас он боялся только одного — того чувства беспомощности, что он испытал в исчезнувшей реальности «сегодня», когда Эйрин просто растаяла в воздухе прямо в его руках. И никакое понимание того, что шанс ещё есть не давали успокоения. Да будь этих шансов сколько угодно, он больше не позволит ей встать между ним и опасностью. Ни за что!

Когда в дверях появились Элвин и Файритиэль, Терон уже ожидал увидеть свою будущую свекровь с пирожками, но этого так и не произошло. Вместо этого пирожки держала истинная пара Элвина и выглядела несколько озадаченно.