Книга Я спасу тебя, или Десять нелепых смертей Эйрин Миттар, страница 73 – Марина Александрова

— Вот что, — начала я, понимая, что запирать их и что-то им запрещать дело заблаговременно проигрышное.

Если Миттар хоть в десять лет, хоть в двадцать что-то решает, то его уже не свернуть. Но можно направить, пока мама их не заберёт!

— Пока мама за вами не приехала останетесь в поместье, но задача номер один для вас никому не попасться на глаза! Никто не должен знать, что вы тут, а я посмотрю, насколько вы готовы к службе Его Величеству! — немного пафосно обозначила я то, что буду их оценивать и наблюдая, с каким восторгом загораются мальчишеские глаза поняла, что словосочетание «служба Его Величеству» — это стопроцентное попадание. — Задача ясна? — строго посмотрела я на этих оболтусов. — Сейчас ложитесь спать, еду вам принесу, комнату не покидать до следующих вводных, услышали?

— Так точно! — подобравшись словно из последних сил, рявкнули мелкие.

— Рассчитываю на вас! — в тон им со всей важностью ответила я.

Благоразумно решив не показывать близняшкам потайной ход на третий этаж, я, убедившись, что ненужных свидетелей по близости нет, поднялась на верх по основной лестнице.

Стоя посреди спальни, чувствовала себя так, как, наверное, чувствует себя многодетная мать-одиночка, у которой не дети, а что-то из разряда «природа отдохнула». Один убивается без конца и без начала, а двое других так и норовят кого-нибудь прикончить.

— Главное, чтоб их увлечения не сошлись друг на друге… — выдохнула я.

* * *

Терон Аскард

Ему снился удивительный сон.

Он шёл сквозь цветущий яблоневый сад и жадно вдыхал нежный аромат, что пропитал собой всё вокруг. В воздухе пахло цветочной сладостью и свежестью, как бывает, когда после легкого весеннего дождя из-за туч выходит солнце. Казалось, то был давно забытый аромат абсолютного счастья, что возможно ощутить лишь в детстве. Наверное, так и есть. Он не помнил себя настолько счастливым.

Может быть, все радостные воспоминания захлопнулись за плотной дверью в тот день, когда умерла мать? А, может, чуть позже, когда у отца появилась новая жена? Или когда умер отец? Так и не скажешь, когда точно это произошло. Но в какой-то момент они все растерялись, выцвели точно пожелтевшие страницы давно забытой книги. Тем сладостнее был этот удивительный сон.

Солнечные лучи путались в ветвях деревьев, отражаясь на влажных от прошедшего дождя лепестках. Щурясь от необычной яркости света, он жадно дышал, пытаясь впрок насладиться нахлынувшими на него ощущениями. Впитать их, запомнить и дотянуться всей своей сутью…

Но стоило сделать ещё несколько жадных вдохов, как на шее вдруг затянулась удавка, а под ногами разверзлась бездна и он ухнул в неё теряясь в каком-то липком безвременье, где единственным ориентиром, что помогал не потерять себя был тонкий аромат цветущих после дождя яблонь.

Отвратительное «бам-бам-бам» заставило нервно подпрыгнуть на кровати и болезненно сощуриться от проникающего сквозь шторы света.

— Проспал, — сокрушенно выдохнул Терон, разминая затёкшую ото сна шею. — Как же больно, — шипел он, поднимаясь с постели, — надо заказать новые подушки.

Стоило открыть дверь, как на пороге обнаружилась «раздражающая не пойми чем» Эйрин Миттар. В отличии от него выглядела девушка собранно и по-деловому. На ней была алая блуза под горло, черный жилет и такая же черная юбка в пол. А в купе с её странными очками и собранными в пучок волосами цвета горького шоколада она выглядела не столько строго, сколь пикантно.