Книга Я спасу тебя, или Десять нелепых смертей Эйрин Миттар, страница 89 – Марина Александрова

— Так, давайте немного отдохнём, — сказала я, усаживаясь на газон перед домом и делая вид, что наслаждаюсь осенним солнышком.

Рядом со мной промялась трава и послышался шорох одежды.

— Помните, что говорил дед на охоте? Не надо напрягаться. Не ваша голова включает звериную суть, мы и есть звери, которые просто жаждут поощрения к действию. Сейчас закройте глаза и просто дышите. Каждый вдох несёт с собой рассказ о том, что вас окружает. Чуть прелая трава, сырая земля, немного более яркий водянистый запах с северо-запада, там скорее всего река. Чувствуете?

— Да, — тихо шептали мне в ответ.

— Сейчас! Яркий, острый, однозначно животное, крупный самец, травоядное…

— Олень?

— Да, Рой, скорее всего. Если постараться, то можно разложить растительные запахи на составляющие: хвоя пахнет ярче всего, землянисто-влажный мох, насыщенно древесный, дубовый аромат… Вам просто нужно вспомнить, какой это был запах? Ваш зверь сам скажет. Вдох-выдох, позвольте ему, он уже знает, — шептала я. — Какой это запах? Кислый, горький, прелый, влажный, сладкий…

— Сладкий, — тут же ответили оба.

— Хорошо, давайте посмотрим чуть ближе, вдохнём чуть глубже, пусть зверь поймёт, какой именно сладкий? Это шоколад, карамель, пироги, варенье? — перечисляла я.

— Не еда, — прошипел Лео.

— Не еда, тогда, что? — задумалась я. — Цветы? — сказала наугад, посмотрев на клумбу с осенними остроцветами, что всё ещё цвели нежно-лиловым несмотря на время года.

— Да!

— Цветы! Точно!

— Эта, как её…Такая под твоим окном растёт!

Забормотали братья.

— Сирень? — прошептала я, а у самой перед мысленным взором раскинулась картина того, как я сама нюхала бутылочку с лосьоном, где помимо прочих парфюмерных отдушек так ярко чувствовался аромат именно сирени.

«— Добрый день, шейри», кроткий взгляд, слабая кошка и едва уловимый аромат. Тонкий-тонкий, мимолётный. Словно девушка не сама его использовала, а всего лишь коснулась к чему-то на чем был стойкий яркий аромат.

И ещё вчера, да, в приёмной, когда там появилась шейра Роданская-Аскард. От неё тоже пахло сиренью. Ярче, чем от служанки, потому как это были именно духи, нанесённые на тело…

— Так, пойдём кое-кого посмотрим, — шепнула я, вновь поднимаясь на ноги и отправляясь в крыло для слуг.

* * *

— Я не понимаю, почему ты решила использовать яд, — фыркнула Айра, смотря на беспокойно перебирающую драгоценности мать.

Шейра Анаис недавно встала, а настроение уже было ниже не бывает. Она даже не успела толком привести себя в порядок, как заявилась горячо любимая дочь, чтобы упрекнуть её в том, что и так не давало покоя. Глупое желание использовать всё, что есть под рукой прежде, чем стать обязанной ведьме обернулось очередным провалом.

Сейчас шейра Анаис злилась больше обычного, и именно касания к драгоценным камням помогало ей успокаиваться и брать себя в руки куда лучше любого успокоительного сбора.

— Тихо ты! — шикнула она, отвлекаясь от своего занятия и бросая разгневанный взгляд на отражение дочери в зеркальной глади.

Они так похожи. Та же стать, те же богатые рыжие волосы, зелёные глаза и капризный излом сочных губ. Раньше их сходство так нравилось ей. Ещё до того, как разница в возрасте стала столь ошеломляюще-яркой.

— Мама, стоит следить за прогрессом, — усмехнулась девушка, указывая на кулон на своей шее. — Больше никаких заклятий, громоздких конструкций и прочего. Один артефакт и любой разговор невозможно подслушать при закрытых дверях. Так зачем яд? Ты же была у ведьмы, и она дала тебе что-то… — желая вызнать у матери подробности, Айра прикусила нижнюю губу и с алчным блеском во взгляде уставилась на мать.