Книга Дар Грани, страница 170 – Марина Александрова

В этот момент он улыбнулся мне. Так открыто, так по-детски, что возникло ощущение, словно в душе взошло мое собственное солнце. Стало легко и хорошо, захотелось и впрямь провести этот день так, как он предлагал. Просто жить, получая удовольствие от каждого сделанного вдоха. Купаясь в той радости, которую он решил подарить мне сегодня. За одну эту возможность я была ему благодарна. Наверное, потому и улыбнулась в ответ. И хотя те аквамариновые лоскутки, которые были вроде как для купания, показались мне самым срамным, что я видела в жизни, я их надела, как и длинное полупрозрачное легкое платье, которое бесстыдно открывало плечи и с каждым дуновением ветра облепляло фигуру, не оставляя пространства для воображения.

«А, плевать», – фыркнула я, возвращая и своей внешности природный облик.

Заструилось серебро волос по белоснежной ткани платья, засияла кожа. И так хорошо это было, правильно. Быть той, кем родилась, не боясь и не сомневаясь. Я просто живая сегодня.

— Просто живая, – одними губами прошептала я, выходя к нему и ловя на себе взгляд золотых хищных глаз.

— Идем, – спустя секунду протянул он мне руку, приглашая следовать за ним.

Мы шли по берегу навстречу теплому бризу, держась за руки. Казалось, само место пропитано тем настроением, которое он хотел подарить мне сегодня, и это же чувство, словно губка, впитывала и я. Было хорошо и легко.

— Что это за место? – наконец спросила я.

— Это? – через несколько секунд заговорил он. – Наверное, правильнее всего сказать, что это – место моей памяти.

— То есть иллюзия? Все это нереально?

Легкая улыбка заскользила на его губах.

— Что есть реальность, Мара? Иллюзорность бытия, пронизанная в секундах времени? Иногда мне кажется нереальным мир людей. Я есть, а они исчезают за те мгновения, когда я всего лишь дышу. Вдох – родился новый человек, выдох – и он уже уходит. Словно песок течет сквозь пальцы, а я и не замечаю изменений. Это место хранит моя память. Здесь мне было хорошо когда-то, и я оживил его для тебя сегодня, что не делает его менее реальным, чем столетия назад. Ведь ты и я, мы оба здесь, чтобы сделать его таковым.

— А на самом деле мы сейчас гуляем где-нибудь в твоей гостиной?

— О нет, только не в этот раз, – хмыкнул он. – Тебе пока сложно понять, что такое четырехмерное пространство, но это – одна из плоскостей мира, которые можно увидеть, если знать, как правильно смотреть. Одна из граней пространства, измененных моей волей. С тех пор как мы потеряли возможность путешествовать по мирам, все, что у нас осталось, – это грани мира, данной конкретной плоскости, которую мы можем изменять, создавая свои собственные реальности.

— Ты прав, понять сложно… – пробормотала я, сильно завидуя ему в этот момент. Мне тоже хотелось научиться создавать такие вот «реальности».

— Мой дом – он ведь тоже четырехмерный. Одна его часть находится в том пространстве, что ты воспринимаешь как реальную, но большая часть уходит в параллельную плоскость. Мир демона похож на слоеный пирог, если так будет более понятно. Люди не способны видеть эти слои, для нас же вселенная куда больше, чем кажется. Только не спрашивай, когда ты научишься изменять «слои», – неожиданно улыбнулся он. – Пока не овладеешь в полной мере своим естеством, этого не произойдет.