Книга Время любить, страница 103 – Марина Александрова

И вот пришло время для того, чтобы осуществить прорыв в том месте, где граница тоньше всего из-за расположенных за ней мертвых земель. После чего страна откроется, точно шкатулка, полная чудес, для любого из ритаров. Время пришло.

Уже почти свернув в отведенные ему покои, мужчина обернулся в сторону молодого воина, что от неожиданности едва не дернулся, но, вовремя взяв себя в руки, выпученными глазами смотрел на него.

— Не беспокоить, — коротко бросил мужчина и решительно отворил дверь.

В помещении Кирану вдруг стало не по себе. Как давно он так живет, что в безликую серую массу нагромождений из лиц, событий и мест превратилась не только вся его жизнь, но даже комнаты, в которых он спит. И хотя покои его состояли из нескольких комнат и ванной, они были скромными, почти аскетичными по меркам ритаров. Ни дорогой мебели, ни ярких картин или дорогих вещей. Лишь предметы первой необходимости и огромное пустое пространство серых замковых стен и пола. Верховный омэн даже в мелочах следовал предпочтениям своего негласного советника. Кирану это было безразлично, просто от пестрых красок и блеска, что так любили в этих землях, он уставал. Они отвлекали его.

Легко расстегнув свою кожаную куртку с воротником под горло, он снял ее и швырнул рядом с кроватью. Оставшись в белой рубашке и темных штанах, Киран лег на кровать и закинул руку за голову, вперив взгляд в потолок. Два дня. Осталось два дня до того самого момента, как они прорвут границу; максимум через неделю он будет мертв.

— Наконец-то… — тяжело выдохнул он то, о чем так давно привык думать. Вот только в этот раз «наконец-то» не вызывало у него облегчения. Невольно прикрыв глаза, чтобы не позволить собственным мыслям ускользнуть в ту сторону, куда он так отчаянно не хотел позволить им возвращаться, Киран не успел не то что среагировать, но даже как-то инстинктивно сгруппироваться, когда сверху на него рухнуло «нечто». Последнее, что он запомнил, — как волосатый шар прилетел аккурат ему в голову, а дальше была лишь успокоительная тьма.

— Твою же мать! Да что ж такое-то! Ну гадина! Да что ж ты… а, хрен бы с ним! — чьи-то шипящие ругательства доходили до Кирана точно сквозь толщу воды. Еще кто-то без конца возил тряпкой по его лицу, а под конец просто шмякнул ее сверху и, кажется, сплюнул. — У Соль рука за минуту зажила, а с этого как со свиньи, прости меня, пресветлая! Интересно, это он? И куда этот придурочный меня зашвырнул? Айд, больно-то как! — заскулил кто-то рядом с ним. — Всю башку мне своим лбищем размозжил!

Имя той, о ком он так бессмысленно старался не думать, окончательно привело Кирана в чувство, обостряя инстинкты. Киран молниеносно выкинул руку вперед, безошибочно находя ворот туники того, кто столь неосторожно все это время стоял рядом, и тут же потянул его на себя так, что Кит в мгновение ока оказался распластанным на широкой кровати, вперив испуганный взгляд в нависавшего над ним мужчину. Невероятно глубокие и холодные глаза смотрели на него пристально и серьезно, но, пожалуй, больше всего юношу напугало лицо, перепачканное кровью, — словно маска, на которой не было и тени эмоции.

— Кто ты? — ни гнева, ни ярости, просто вопрос, на который невозможно не ответить.

Но как ему объяснить, кто он такой? Зачем свалился на него прямо из ниоткуда? И чего хочет? Кит не знал.