Книга Время любить, страница 203 – Марина Александрова

Отчаянье волнами душило меня, мешая сосредоточиться, но в какой-то момент вся моя боль, безысходность и горе просто исчезли в потоках энергии, что проходила сквозь меня. Я потерялась и растворилась в ней, переставая понимать, кто я, где и что со мной происходит. Я не знаю, сколько это длилось, прежде чем я возникла вновь.

Я шла по пустынному песчаному пляжу. Море было неспокойным. Сильный ветер путался в моих волосах и длинной юбке. Красивое платье нежно-жемчужного оттенка, такое изысканное, что сложно поверить, что нечто подобное могло быть надето на кого-то вроде меня. Невольно залюбовавшись тем, как красиво оно сочетается со смуглым цветом моей кожи, я вдруг вспомнила, откуда оно у меня. То самое платье, что когда-то давно мне подарил… кто?

Я невольно вздрогнула от очередного порыва стылого ветра и обернулась.

Мысль о том, откуда у меня это платье, вдруг показалось очень важной!

Сосредоточившись, я попыталась вспомнить почему. Перед мысленным взором мелькали странные образы. Девушка с белесыми глазами и совершенно белыми волосами улыбалась, протягивая мне это платье. Ночное побережье, ветер, почти такой же сильный, как и сейчас, только теплый. Огонь. Обещание… Что я обещала в тот день?

Задумавшись об этом, я посмотрела на горизонт, где высоко в небе, широко расправив крылья, парила одинокая птица. Она была огромной, но вовсе не это привлекло в ней мое внимание. Откуда-то я знала, что это странствующий альбатрос. Не какой-то другой альбатрос, чайка или буревестник. Нет, именно странствующий альбатрос. Но откуда я могла это знать, и почему это было важно?

«Отец сказал мне, что это охранитель нашей семьи», — словно ветер донес до меня слова, сказанные мне когда-то. Я была уверена, что слышала это прежде. Этот мальчишеский голос… Но я не помнила.

Я неспешно брела по пляжу, который казался бесконечным и холодным. Он напоминал выцветшую картинку, в которой странным образом оказалась я.

— И кто эта «я»? — тяжело вздохнув, с силой пнула я камень, что попался мне на пути.

Я продолжала идти вперед, хотя мне начинало казаться, что я просто переставляю ноги и остаюсь на одном и том же месте. Пейзаж не менялся, и даже следов позади меня было не видно, когда я пыталась посмотреть и оценить проделанный мною путь. Казалось, жадные волны океана просто слизывают их, не давая мне возможности оставить после себя хотя бы крошечный след.

Это начинало раздражать меня.

«Зачем, собственно, я иду?!»

Я завертелась вокруг себя, чувствуя себя так, точно попала в какую-то ловушку, где нет ни входа, ни выхода, пока краем глаза не зацепилась за силуэт мужчины, сидящего у кромки, разделяющей море и сушу.

Мужчина с кроваво-красными волосами отстраненно наблюдал за бушующими волнами. На нем были рубашка в тон моему платью и темные брюки. Все это казалось очень знакомым, но я никак не могла понять: где могла видеть его прежде? Удивительно тонкие и в то же самое время мужественные черты лица почему-то сразу пленили меня. Интересно, это мне свойственно — заглядываться на незнакомых мужчин? Я не знала. Он казался очень печальным, но при этом казалось, что бы ужасного с ним ни произошло, он с этим смирился. Понимание этого вновь разозлило меня! Я впервые видела этого мужчину, но тем не менее не могла вынести обреченность, которая отражалась на его лице! Я твердо знала, что это не про него. Он не из тех, кто просто так сдается. Почему это так встревожило меня?