Книга Единственная для черного дракона, страница 23 – Марина Александрова

— Раз ясно, то здесь находится душевая для меня и тебя, — остановилась она напротив двери в самом конце коридора. — В той стороне, — указала она в противоположную сторону, — хозяйская часть дома. Тебе там делать нечего, поняла?

Я ещё раз кивнула.

— Порядок там имею право наводить только я, — с какой-то непередаваемой гордостью, заявила она. — Ты можешь пользоваться этой душевой, кухней и спальней для прислуги. Посмотрим, к чему тебя приспособить… Пока же иди мойся, я подберу для тебя платье.

Женщина резко развернулась на каблуках и, жестко чеканя шаг, направилась дальше по коридору. Я же смотрела ей в след и думала над тем, куда меня занесло? Почему Риман сказал, что я его ответственность так, что это всё объяснило этой Каас и тут же поставило меня в один ряд с прислугой? Нет, я понимала, что мне некуда идти и не на что жить, но всё же хотелось бы и понимать свой статус теперь?

Войдя в небольшую комнату, отделанную светлым камнем, я на долю секунды растерялась, так как я тут же оказалась перед зеркалом, что висело над раковиной. На меня смотрели встревоженные бледно-зелёные глаза на детском лице, которое было усыпано веснушками. В обрамлении тугих кудряшек, которые сейчас больше всего напоминали грязно-рыжую паклю. На вид мне и впрямь было не больше двенадцати — тринадцати лет, так как никаких женских признаков пока не наблюдалось. Плоская, невозможно худая, низкого роста. Узнала ли я своё отражение? Нет.

В доме Римана был водопровод. И, вот, что странно, меня скорее расстроило отсутствие горячей воды, нежели удивило присутствие крана с холодной водой в ванной. Откуда-то я знала, что водопровод в доме — это показатель достатка? И всё же, мыться холодной водой было неприятно. Слишком холодно. Из всех принадлежностей было лишь темное и вонючее мыло. И, я готова была поклясться, что для меня такие условия были из ряда вон!

Помывшись, и взглянув на себя вновь, ничего не изменилось. Только теперь стало понятно, что мои волосы желто-рыжие и лишь две пряди на висках темно-красного цвета.

— Кто ты? — прошептала я своему отражению.

Ответа, конечно же, не последовало. Я не знала лица, что смотрело на меня с зеркальной глади. Единственное, что я могла сказать совершенно точно — внешность у меня весьма посредственная. Бывают рыжие женщины, чей цвет волос насыщен и ярок. Мои волосы были не из той категории. Собственно всё: глаза, цвет губ, кожи и волос казался каким-то невзрачно-припылённым.

— Если закончила, то возьми одежду у двери.

От холода меня начало знобить, когда я приоткрыла дверь и втащила внутрь то, что было предложено. Черное линялое платье болталось на мне как на вешалке, но по крайне мере теперь у меня было что-то теплое и шерстяное. Среди вещей были даже вязаные штаны, которые я так же поспешила натянуть на себя. Вместо моих сапог мне были выделены туфли на несколько размеров больше моей ноги и толстые носки. Натянув все предложенные вещи, я ещё раз посмотрела на свое отражение и поняла, что в зеркало лучше не смотреть вовсе. Ответов в нем не оказалось, а вот поводов для расстройства было предостаточно. Причесав жестким гребнем свои волосы, я заплела их в тугую косу и перехватила кусочком верёвки от своих штанов. Каким-то внутренним чутьем, я уже знала, что Каас понравится зализанная серая мышь, в которую я так запросто превратилась. И залог моего выживания и сносного проживания в доме Римана заключался в том, насколько я смогу поладить с этой женщиной. Толком ничего не знав ни о Римане, ни о его домработнице, я уже сделала вывод, что Риман сбагрил меня ей. Возможно, сегодня последний день, когда я была ему интересна. И с этого дня той, кто будет обо мне заботится станет Каас? То, насколько хорошо я смогу устроиться рядом с ней, будет зависеть уже от меня.