Книга Волшебный ресторан, фиктивный брак в придачу, страница 69 – Оксана Рассветная, Софья Романцова

Леди Деверо очень старалась. Она постоянно попадалась мне на глаза, пыталась вызвать ревностьу Габби. После неудачного покушения на меня, Эрика и Армэля Констанция явилась в мой дом. Габби очень расстроили слова леди Деверо о том, насколько мы с ней близки и что у нас намечается совместное времяпровождение. Так заговорщики бы убили двух зайцев. Я оказался бы под контролем семейки Деверо и Самола, а Габби смертельно обиделась бы и не интересовалась более, что со мной происходит.

Когда и это не удалось, возник план похитить и убить Габби. Заговорщики знали, как она дорога мне – моя слабость, моя уязвимость. Ее потеря лишила бы меня воли к сопротивлению, как они надеялись.

Сорвал их планы… мой сын. Когда Констанция приехала к Габби, он забеспокоился. Он, конечно, не понимал происходящего, только чувствовал волнение Габби и флер зла вокруг нее. Мне уже доложили, что леди Деверо увезла Габби, и я поднял передовой отряд, собираясь разбить его на группы и отправить по разным адресам. Чуть позже сынок позвал на помощь, сумев показать место, где они с Габби находятся.

Я немедленно открыл портал и переместился в парк с несколькими надежными парнями. Выбежав из портала, увидел падающую Габби и Констанцию, все еще сжимающую смертельный артефакт в вытянутой руке.

Мой отряд мигом схватил Констанцию – она ничего подобного не ожидала – и я сразу изъял у нее все артефакты и надел на нее магические наручники. Магия у их семейки слабая, но лучше перестраховаться.

Я же бросился к Габби. Она была без сознания и едва дышала.

Сына я чувствовал, но очень слабо.

Не было времени вызывать на подмогу целителей. Я должен был действовать сам.

Мои снежные крылья – не для того ли они мне даны? Я раскинул их над недвижимой Габби, укрыл ее и сына. Вливал в них силу, просил о помощи весь мой род, звал любимую, умолял ее дышать, не покидать меня.

Наконец она приоткрывает глаза, целую ее пальцы. Не отпущу – никогда!

Мартин

Констанцию увозят.

Габби пришла в себя, сын отзывается, и я с облегчением складываю крылья.

С момента моего выхода из портала прошло всего несколько минут, а мне кажется, будто целая жизнь.

По дорожке парка бежит помощник Эрика. Протягивает мне записку и отходит, еле переводя дух.

В записке всего одна фраза: «Деверо покончил с собой». Я подписал приказ о его аресте сегодня утром. Как рассказал потом Эрик, едва увидев на пороге своего кабинета двоих солдат и самого Эрика, Деверо раскусил ампулу с мгновенно действующим ядом, которая была зашита у него в вороте камзола.

Предатель понял, что он под подозрением и кольцо вокруг него сжимается, но надеялся, что у него есть в запас еще хотя бы день, чтобы уйти.

Не буду долго рассказывать о том, как шло следствие. Мне нелегко вспоминать об этом. Испуганные лица, бегающие глаза, попытки оправдаться, ругательства и проклятия… Констанция Деверо получила пожизненное заключение в тюрьме на уединенном острове на севере страны. Бартонье и его подельники, в том числе из тайной канцелярии, приговорены к смертной казни. Каждый смертный приговор, который я подписал, лег на мою душу тяжким бременем.

Я думал, я железный и выдержу все. Нет.

Я прекрасно осознаю, что нельзя было действовать иначе, но неоднократно брошенные арестантами мне в лицо слова «Убийца! Палач!» не отпускают меня, звенят в ушах.