Книга Измена. Битва за любовь, страница 95 – Милла Мир

Его спутники молчали, не вмешивались в разговор, бары сами разберутся, никому из крестьян не хотелось подставлять свои головы под удар.

— Расскажи мне про молодого князя… На самом деле ВСЕ настолько плохо? — Никита не мог поверить в услышанное.

— Да вы его еще не видели! Приехал такой холеный, весь из себя, а посмотрите на него теперь? Спился совсем. Все по кабакам с гулящими девками шляется, пьет вино, да пить не умеет. В родовой усадьбе устроил садом и Гоморру, крестьянские девушки боятся приходить убирать барский дом. Обрюзг, растолстел, рожа красная вся в синяках, дали ему местные по самые орехи, — увлекся Матвей, — князь перестал быть похожим на нормального человека. Помрет скоро… — сделал неутешительный вывод юноша.

— Да, как ты смеешь, холоп! — Никита в бешенстве выскочил из коляски, никто, а тем более какой-то смерд, не смеет говорить о его брате подобные лживые слова.

Мужчина конечно же не поверил ни единому слову, но, все-таки какая-то доля правды могла прозвучать в словах этого дерзкого мужика.

Я должен сам, лично, своими глазами убедиться в этих россказнях.

Никита подбежал к выскочке и со всей силы врезал по ухмыляющейся физиономии.

— Не смей так говорить о моем брате! Князь Матвей самый достойный человек из всех, кого я когда либо знал!

Удар был довольно сильным, ощутимым, Никита был крепким мужчиной, немногие могли выдержать его богатырскую силушку, однако, дерзкий мужик даже не шелохнулся. Смахнув кровь из носа продолжал стоять и насмехаться, его предельно неуважительный взгляд вывел князя из себя.

— Немедленно извинись за свои слова!

— И не подумаю, — наглец громко рассмеялся, — ты плохо бьешь с правой, брат, нужно больше заниматься боевыми видами искусства, а не лениться дома с молодой женой. Ты совсем растерял былую хватку. Никита, ты стареешь!

— Матвей?! — Никита был изумлен, — я не узнал тебя! Ты очень изменился.

— Дома поговорим. А теперь, братцы, давайте поможем моему гостю, я порядком устал и проголодался. А ну взяли!!!

Общими усилиями мужчины легко справились с препятствием, и, очень скоро, быстрые лошади довезли братьев до имения.

— Почему в доме не горит свет?

— Я приказал его закрыть, потому как я совсем один, гостей я не приглашаю, сам никуда не выезжаю, большие покои мне ни к чему. Я живу в маленьком флигеле, пойдем, я тебе все покажу.

Слуга открыл перед братьями дверь:

— Вечер добрый, князюшка, вижу вы не один, с братом. Добрый вечер, ваше сиятельство, — Никита заметил разницу в тоне голоса, обращении к Матвею и лично к нему. Она неприятно резало слух, хотя, если признаться честно, мужчина был очень удивлен такой разительной перемене в отношении.

— Растопите нам баньку да по жарче, князь Никита очень устал, замерз с дороги.

— Будет исполнено, князюшка. Какую комнату прикажете приготовить для барина Никиты?

— Он будет жить со мной. Устрой все пока мы будем париться в бане, накрывай на стол, а после оставь нас, мне нужно поговорить с Никитой. Наедине. Мы так давно не виделись!..

Братья вошли в небольшой флигель, пристройку к жилому дому входящую в жилой комплекс сельской усадьбы, связанный с главным домом, функционально и композиционно ему подчиненный. Никита посмотрел по сторонам, обстановка комнаты показалась ему довольно скромной: множество свечей освещали флигель, в двух простенках между окнами висели зеркала, под ними стояли тумбочки и ломберный стол. По обеим сторонам комнаты стояли диваны из красного дерева, два ряда неуклюжих кресел, шкаф для одежды, письменный стол заваленный исписанными бумагами, повсюду тут и там лежали стопки книг, в дальнем углу стояла простая, большая кровать, русская печь согревала комнату.