Книга Измена. Я твой новогодний кошмар, страница 28 – Милла Мир

Пофиг даже на его имя, которое я, кажется, так и не запомнила. Всё это было для меня шелухой, наносным, лишним в новой, упрощённой до базовых инстинктов вселенной, где существовали только громкая музыка, тепло его плеча в полуметре от меня, вкус коньяка на губах и навязчивое, растущее желание прикоснуться, чтобы проверить — реально ли это притяжение, или это лишь игра света, звука и моего собственного, отчаянного желания забыться.

Я поймала взгляд Жиголо, я ему улыбнулась — не социальной, вежливой улыбкой, а медленной, томной, полной немого вопроса. В его глазах что-то вспыхнуло в ответ. Похоже, в этой новой, громкой и тёплой реальности мы понимали друг друга без слов. Слова между нами были уже не нужны…

Когда из колонок полились первые, знакомые до мурашек, латиноамериканские ритмы «On The Floor» Джей Ло, что-то внутри меня щелкнуло. Этого было достаточно. Сдерживаемая часами энергия, ярость, желание вырваться на свободу требовало выхода.

— Моя любимая песня! — выдохнула я, срываясь с бархатного дивана как пружина. Я даже не посмотрела на своего «кавалера», — я пошла танцевать!

Член ошарашенно уставился на меня, его расчетливая маска съехала, обнажив на секунду чистое недоумение. Он явно не ожидал от меня такого резкого маневра. Но мне уже было плевать, я понеслась по прохладному полу вип-зоны вниз, на главный танцпол, прямо в самый эпицентр безумия — туда, где уже сгрудилась, вздымая волны тепла и смеха, куча парней. Бабы меня категорически не интересовали. Мне нужен был противовес, энергия, отличная от моей, способная создать искру.

Я целиком и полностью отдала себя танцам, я незамедлительно выбросила хрена из головы. Мой мир сузился до пульсирующего света, до бита, бьющего в пол, до десятков восхищенных, оценивающих, голодных взглядов мужчин, которые теперь были прикованы ко мне.

Я давно забыла то самое, искрометное чувство — когда меня хотят. Не только меня, мою безудержную силу, радость, вызов, которую я излучаю. Это был чистый, животный магнетизм, моя самооценка, только что растоптанная в пыль предательством, начала взмывать вверх, как ракета — от тлеющих углей ближе к звёздам…

Именно тогда я заметила его. Мальчика-мажора. Не пошлого и накачанного, он был другим — с гитарным рифом во взгляде и чуть небрежной, но дорогой, словно с чужого плеча, курткой. Парень танцевал не для публики, скорей для себя, его движения были отточено-небрежными, наши взгляды встретились в такт очередному удару барабанов. Малыш мне подмигнул. Одно быстрое, стремительное движение века, полное понимания и вызова.

И понеслось…

Мы не разговаривали, мы просто танцевали. Сначала это была всеобщая, безумная какофония движений, где мы ловили ритм друг друга сквозь толпу. Потом музыка сменилась на зажигательное-инди, и вот мы уже выписываем сложные, почти акробатические па. Когда зазвучала медленная, томная баллада какой-то малоизвестной, но гениальной группы, мы, не сговариваясь, просто сошлись ближе. Не в обнимку, просто стояли близко, продолжая едва уловимые движения, наш разговор тел, стал красноречивее любых слов.

Я не вспоминала про шлюха, наверху.

Поебать.

Мне же потом платить за наш импровизированный банкет. Пусть хер хоть нормально пожрет нахаляву, я сегодня добрая, мне не жалко. Единственное, что требовало моего внимания — это уровень определенного вещества в крови. Мы с малышом периодически, словно по тайному сговору, поднимались наверх. Я наливала себе коньяк, мажор пил виски, мы чокались: