Книга Измена. Я твой новогодний кошмар, страница 32 – Милла Мир

Бля!..

Тайные признания мажора — это уже даже не флирт.

Это было заклинание.

И оно сработало с атомной точностью.

Между моих ног вдруг стало стремительно, нестерпимо мокро. Клитор загорелся алым, пульсирующим огнем, как будто его ткнули раскаленной спицей.

Дыхание перехватило…

Малой, юный черт, змей-искуситель, только одними словами, завёл меня так, как не удавалось никому за последние годы.

Моя ярость, мой цинизм, моя броня в одно мгновение рассыпались в прах перед напором чистой, необузданной, направленной в меня похоти.

Я была готова здесь и сейчас, невзирая ни на что, принять малыша в мой рай…

Однако, мой Санек оказался умнее, гораздо сильнее нашей неожиданной эротической, яростной вспышки. Его томный взгляд, полный той самой, как и у меня, адской жажды, вдруг прояснился. Малыш с силой, почти с болью, разжал наши крепкие объятия, отстранился от меня на шаг. Воздух между нами трещал от нереализованного напряжения.

— Оль, ты права, — вздохнул карандашок, в его голосе звучала борьба, — сегодня мы отпустим друг друга, — Саня взял моё лицо в ладони, его большие пальцы нежно провели по скулам, — Олюшка, мы с тобой обязательно продолжим, в другой, более романтической обстановке. Ты достойна большего, чем пьяный прижопос в клубе. Я завтра позвоню. Обещаю. Оль, если я сейчас не уйду… я… Я тебя никуда не отпущу… Мы все испортим…

Малыш быстро, звонко, по-мальчишески, чмокнул меня в губы. Он не дал мне опомниться, развернулся, растворился в толпе, как призрак, вызванный и тут же изгнанный моим же желанием.

Я осталась одна, несколько минут я тупо смотрела в сторону, где исчез силуэт Александра.

Мой разум, шаг за шагом, возвращался, к его признанию…

Я отлично понимала, малой абсолютно прав.

Но, бля…

Что мне делать с моей горячей, мокрой, жаждущей его писечкой прямо сейчас?

Мысль была грубой, животной и единственно верной. Мой мозг, хваленый аналитический центр, меня окончательно покинул, отключился, сдался под натиском гормонов. В черепной коробке воцарилась оглушительная тишина, я слышала только один звук. Громкий, настойчивый, пульсирующий в такт сердцу. Это был голос из моей, простите за грубость, пизды. Немой, но совершенно четкий в ее требовании.

Я хочу.

Немедленно.

Прямо сейчас.

Сию минуту.

Кончить.

Требование было императивом.

Приказом.

Спасительный, немедленный, бездушный выход, возник в моем сознании яркой, неоновой вывеской.

Меня ждёт Жиголо.

Сомнения, игры, тонкие расчеты с членом вдруг обрели для меня кристальную, прозрачную цель.

Хер больше не был для меня просто местью или развлечением.

Шлюх стал решением.

Инструментом.

Немедленным ответом на животный крик, что воет во мне.

Я резко выпрямилась, мой взгляд, затуманенный секунду назад страстью, стал холодным и целенаправленным. Я обвела глазами зал, нашла стеклянную лестницу ведущую наверх.

Член, я иду к тебе не как жертва, не как охотница, а как пациент, решившийся на срочную, радикальную операцию по удалению нестерпимой боли. Мои шаги были твёрдыми, между ног нестерпимо пылало. Вечный огонь из врат любви вел меня к купленному, профессиональному, без эмоциональному забвению.

Ольга, как вихрь влетела в вип-зону, последние остатки здравомыслия покинули девушку, пространство между дверью и диваном она преодолела за три стремительных шага. Олег полулежал на диване, на его лице застыла маска надменной самоуверенности, он хотел было подняться, как-то среагировать на ее приход, но не успел. Прежде, чем парень осознал происходящее, ладони Ольги с силой врезались в его плечи, отбросили на подушки. В искрящихся огнем глазах девушки не было кокетства или даже расчета, только чистая, отфильтрованная ярость, смешанная с патологическим сексуальным голодом: