Книга Иллюзия бесконечности, страница 45 – Марина Медведева

После смерти сестры Ника ходила к психологу — строгой даме с всепонимающим взглядом старательно накрашенных глаз. «Вы должны научиться выбирать свои мысли», — раз за разом повторяла психолог цитату из фильма. Катя пыталась, конечно, но иногда ей НЕ хотелось выбирать. Когда после бессонной ночи в борьбе с призраками она дергала себя за шкирку, чтобы подняться в новый день, ей НЕ хотелось выбирать. Ужасные мысли звучали в унисон мрачной серости ее утра, помогали мириться с несчастьем и одиночеством. В такие утра она отчетливо понимала, что ей плохо и лучше, пожалуй, никогда не будет. И жила с этим. Не все должны быть безмятежно счастливы. Иначе мир потеряет равновесие и рухнет куда-то далеко. В туманную Бесконечность Игры.

Ника шла по нижней палубе «Катюши» и настороженно озиралась по сторонам. Корабль походил на сонного кита, скользящего в бескрайних водах непостижимо огромной вселенной. Нижняя палуба дробилась на десять отсеков с резко очерченными границами дверей-створок. Способных изолировать каждую из частей в случае чего? Космического боя, вторжения инопланетян, заражения страшным вирусом? Ника перебирала варианты. Она подходила к дверям с огоньками, прикладывала ладонь, двери открывались и впускали ее в пустоту. Разработчики забросили ее на пустой, недостроенный корабль. Без четкого задания и других игроков. Ника теперь не знала, зачем она здесь и что ей предстоит.

— Что я должна сделать? — кричала она в пустоту и получала в ответ ту же мягкую тишину.

Ника обошла нижнюю палубу и обнаружила лифт с зеркалом. Зачем в корабельном лифте зеркало? Чтобы космолетчики не забыли, как они выглядят? Ника всматривалась в свое отражение и довольно улыбалась. Игра прекрасно воссоздала облик ее мертвой сестры. Пепельно-русые волосы забраны в длинный хвост. Прищуренные голубые глаза, в которых плещутся искорки сарказма. Бледное лицо с высокими скулами и пухлые губы. Красавица. Не то, что младшая, Катя, гадкий утенок в тени блистательной Вероники.

Ника всегда побеждала. Игра — не исключение. Она бросила еще один взгляд в зеркало, поправила ворот синего комбеза, красиво обрисовывающего контуры безупречного тела, и вышла из лифта. Средняя палуба — помещения для космолетчиков. Каюты, санузлы, медкомнаты, спортзал, столовая. Ника заходила в каждую дверь и видела пустые, безлюдные интерьеры. Мебель, будто выросшая, выплавленная из корпуса корабля, раскрашенная в разные цвета, на стенах рябь голографических экранов, под ногами зеркальная гладь стального покрытия. Искусственная гравитация — роскошь необычайная для реального мира начала двадцать первого века. Ника не ощущала полета — будто она находилась в пустом отеле, внезапно оставленном постояльцами. Попала в безвременье, межмирье, в застывшие секунды пустоты, ожидающие проникновения шумной пестроты жизни.

Третья палуба оказалась капитанской рубкой с раскинувшейся на потолке голограммой карты звездного неба, наполненной галактиками, созвездиями, с мелькающей крошечной точкой «Катюши». Ника пригляделась — корабль держал путь к звездной системе Тау Кита. Почти двенадцать световых лет от Солнечной. Невообразимо огромные масштабы вселенной поражали. Ника представила, каково это — бесконечно долго лететь в межзвездном пространстве. Без людей, в окружении одной пустоты. Она одна на этом пустом корабле, названном «Катюшей», и нет рядом ни единого человека, ни даже НПС, чтобы растворить свое одиночество, свои давние страхи перед тишиной, сбежать от пугающих мыслей о смерти.