Книга Вернись и начни сначала, страница 115 – Марина Медведева

— Я вас не знаю, — удивилась она. – Мама сказала, вы из колледжа. Но я еще не подавала заявки.

— Кристи, меня зовут Аня Дивинская, и я не из колледжа. Но мне очень нужно с тобой поговорить. Это насчет письма, которые получили твои родители семь лет назад.

Кристи сморщила тонкий нос и пробормотала:

— То письмо долгие годы было для нас загадкой. Так это вы его написали?

— Писала другая, но отправила его я.

— О чем вы хотите со мной поговорить?

— О важных вещах. Мне нужно не более получаса.

Несколько секунд длилось молчание. Кристи размышляла, сомневалась. Я видела, что она разглядывает мое лицо: хочет понять, опасна ли я и можно ли со мной встретиться.

— Через полчаса в кафе через дорогу, — решилась она и прервала связь.

Я облегченно вздохнула и направилась в кафе «Сладкоежка». После долгих месяцев скудной жизни в Трущобах чарующий аромат горячего шоколада и сладкой выпечки одурманил мой бедный мозг. Капкейки, чизкейки, донаты, все возможные пирожные, вафли и торты заманчиво возлежали на прозрачных витринах, а шумные и верткие стайки школьников теснились за розовыми столиками и возбужденно щебетали разными голосами и на разных языках. В школе Кристи учились дети разных наций и культур.

Я заняла круглый столик возле окна, и ко мне тут же подъехал робот—официант. Я пролистала электронное меню и сделала заказ для себя и Кристи. Надеюсь, здесь она выбирает те же сладости, о которых мечтала, когда жила на Конечной.

— Шоколадные маффины! – воскликнула Кристи, приблизившись к столику. – Откуда вы знаете, что я их люблю?

Я все ей рассказала. О Трущобах, Иване и Сэме, Машине и прыжке в прошлое. Кристи слушала, мотала головой, недоверчиво ухмылялась. Когда я закончила, она сказала:

— Все это похоже на сюжет фантастического романа. Вы, случаем, не тронутая? А, может, вы – писатель?

— Я не писатель, Кристи, — улыбнулась я, сунула руку в карман и достала крошечную пластину – карту памяти. Эту карту передала мне Кристи, чтобы я смогла убедить ее в правдивости рассказа о Конечной и Машине.

— Возьми и посмотри запись. Я буду ждать на улице.

Когда уходила, я обернулась и посмотрела на Кристи. Она уже вынула из сумки ноутбук и вставила в него мою карту. На том видео Кристи записала обращение к самой себе. В тот вечер, когда мы еще были вместе на Конечной.

Ее слишком долго не было. Прошел час, прежде чем Кристи вышла из кафе и направилась ко мне. Все это время я нервно бродила по гладкому тротуару, вдоль которого зеленели пушистые ели. После войны растительность плохо приживалась в Хоупфул-Сити и некоторые улицы до сих пор украшали фальшивой травой и деревьями.

Она шла ко мне, и в ее глазах блестели слезы. Теперь это была моя Кристи. Я не выдержала и крепко обняла ее.

— Я не знаю, что только что видела. Вроде это была я. Я ведь специально прогнала видео через программу распознавания, проверила, не фальшивка ли это. Когда я могла записать все это и почему ничего такого не помню? Она, то есть я, говорит, что родители погибли. Но они живы. Я еще не сошла с ума. И то письмо. Если его написала я, как я могла сделать это в десять лет? И что за машина, способная переместить человека в прошлое?

— Крис, ты идешь? – позади раздался громкий голос. Мы дружно обернулись. В дверях кафе стоял симпатичный темноволосый парень и с улыбкой глядел на Кристи.