Книга Заблудшие души, страница 29 – Руби Райт

— Подружка твоя? — спрашиваю чересчур серьезным голосом, чем вызываю у Марка улыбку.

Что смешного?

— Влада.

От его ответа мне стало спокойнее. И чего это я ощутила прилив ревности к малознакомому мужчине?

Ну да, переспали мы с ним два раза и что? Я вообще не думала, что задержусь тут и мы снова увидимся. Так к чему давать волю чувствам?

— Чай?

— Ага, — соглашается Марк и идет мыть руки.

Такое мне нравится. Он хоть и ковыряется в тачках, выглядит не очень опрятно, но пахнет от него всегда вкусно.

Достаю противень из духовки, накладываю две порции и салатик на стол. Чай приготовила и сама сажусь рядом.

— Ты какой-то грустный… — говорю, уставившись на мужчину.

— Устал сегодня. Заказов много, а я один пока. Нужно искать работягу… Не думал, что ты умеешь готовить. — Его слова будто издевка.

Почему он обо мне так плохо думает?

— Я много что умею…

— Да что ты! Мне казалось, ты только ругаться и можешь. — Улыбается и мясо жует.

Смотрю на него и вижу, как ему сейчас весело. Усталость куда-то делась, вот же чудеса.

Ему что, нравится меня доставать и провоцировать?

— Ты меня не знаешь.

— Конечно, не знаю. Расскажи что-нибудь.

— Например?

— Не знаю, кем работаешь? — Тянется к салату, и я заботливо подаю ему тарелку.

— Я воспитатель в детском саду, — говорю гордо.

— Господи, помилуй… — Чуть ли не крестится Марк, и я не выдерживаю. Я пыталась не наезжать на него и быть гостеприимной, но он перешел все границы.

— В смысле «Господи, помилуй»? Ты обнаглел? — повышаю голос на своего гостя. А он…

Смеется.

— Я не ожидал такого ответа. Думал, ты приставом работаешь или юрист какой. Но чтобы с детьми…

— И я отличный педагог, между прочим. — Что я пытаюсь ему доказать? Он знает меня не с лучшей моей стороны. Наше знакомство произошло в самый мрачный для меня период.

— Тут я готов поспорить, — отвечает, и мне вдруг так обидно становится. Я ведь и правда совсем не злая и не ругаюсь ни с кем. Просто нервы последнее время сдали, и я осталась совсем одна в этом мире, который ко мне был жесток.

И, думаю, Марк уловил мои чувства. В лице поменялся и уже по-доброму:

— Обиделась? — тихо спрашивает и в лицо вглядывается.

Такой милый сейчас. Можно одновременно быть милым и угрюмым? Думаю, да, раз он сейчас именно такой.

— Нет. Ты прав, я злая и вредная. Но я не всегда такой была, просто у меня жизнь под откос пошла. Вот я и срываюсь на всех подряд.

— Не хотел тебя обижать… — чуть ли не шепчет.

— Так не обижай. — Делаю паузу и буквально зависаю, глядя в его глаза. И почему он мне казался мужланом? Он может быть довольно приятным собеседником. И весьма притягательным…

Какой же он в самом деле притягательный. От него прям-таки и исходит страсть, которую он мне дважды демонстрировал. Вроде мужик как мужик, ничего сверхъестественного, но меня дико тянет к нему. — Добавки? — спрашиваю, чем торможу свое желание на него наброситься.

— Давай…

— Так почему ты не уехала? — спрашивает, когда я вновь ставлю перед ним тарелку с едой.

Может, я в первый раз ему мало наложила? Он и впрямь голоден после работы, первую порцию смел.

— Не знаю. Сестра позвонила и… — Вновь мысленно окунаюсь в наш с ней разговор, и накатывает адская боль.

— И что? — Не унимается Марк, и, возможно, это даже к лучшему. Я все в себе держу, а надо бы выговориться. Но нужны ли ему мои проблемы и нытье?