Книга Очнуться волчицей, страница 53 – Наташа Айверс, Вивиен Ли

Та даже не моргнула:

— Отравить. Перерезать горло. Задрать когтями… способов много.

— Нет! — выкрикнула я, отшатнувшись. — Я не собираюсь!..

Слепая усмехнулась почти ласково.

— Если бы ты хотела свободы любой ценой, сейчас спросила бы, какой яд подсыпать ему в питьё.

Я прижала ладонь к груди.

— Я не хочу быть связанной с ним, но и смерти ему не желаю.

— Несмотря на боль, что он тебе причинил?

— Откуда вы знаете?..

Старая женщина вздохнула:

— Метку ставят в первую брачную ночь, по обоюдному согласию. Иначе это очень болезненно. А у вас связь не закреплена, но метка всё равно есть…

Она похлопала меня по руке, в её голосе слышно было жалость:

— Бедняжка. Ну и натерпелась.

Её пальцы невольно скользнули по собственным старым шрамам на левой руке — следы волчьих зубов.

— Уж я-то знаю, каким он может быть. Я помогала Каю, когда он был щенком — диким, озлобленным. Он не верил, что сможет сдерживать зверя. Крушил всё вокруг, бился, рычал. Тогда-то Кай и заковал зверя в цепи внутри себя. Он стал холодным, недоверчивым, одиноким, не верящим ни в любовь, ни в семью.

— Но зачем он тогда вообще поставил эту метку, если не верит в любовь?

Слепая усмехнулась уголком губ:

— Потому что впервые за много лет он не сумел удержать зверя. Когда сердце волка узнаёт свою самку, он метит её — такова воля Луны. Метка — это не клеймо, дитя. Это благословение. Её не ставят по расчёту или прихоти. Волк метит только ту, кого сама Луна даровала ему.

Она слегка наклонилась ближе:

— Твоя злость понятна. Но знай: это произошло не случайно и не со зла. Волк просто не смог отвернуться от своей Айлунны, Дара Луны, предназначенного Каю.

— Но мы… — голос дрогнул. — Мы же едва знаем друг друга.

— А как можно по-настоящему узнать человека? Человек может лгать, притворяться, обманывать, дитя. Но метка — никогда. Через неё ты уже ощущаешь его гнев, боль, радость и желание. Со временем ему даже не придётся касаться твоей кожи — ты будешь чувствовать его эмоции на расстоянии.

Я выдохнула почти шёпотом:

— А он?..

— Он тоже будет чувствовать тебя. Пока лишь отголоски твоих самых сильных эмоций или когда он трогает метку. Но это только начало. Когда дух твоей волчицы окрепнет — связь станет глубже.

Она взяла мою руку.

— Запомни, дитя. Зверь внутри него слышит сердце — твой страх, твою радость, твоё желание. Этого не укрыть: метка передаст всё. Но человеку в нём нужны слова. Если хочешь, чтобы он услышал тебя по-настоящему — не молчи. Говори, даже когда страшно.

Мы возвращались в гостиницу уже в сумерках. Лес темнел, воздух стал холоднее. Кай нёс сонного Арсена в зубах. Когда показались огни гостиницы, я чувствовала не только усталость тела, но и странное спокойствие после разговора со Слепой Луной.

В номере Арсен перекинулся в мальчишку. Зевая и сонно потирая глаза, он попросил почитать ему сказку перед сном. Пока он чистил зубы и готовился ко сну, я тоже успела привести себя в порядок и переодеться в пижаму.

Вернувшись к нему, я уложила Арсена в кровать, поправила одеяло и начала читать сказку, но он заснул уже на первой странице, уткнувшись носиком в подушку.

Я посидела ещё немного у его постели, прислушиваясь к дыханию. В груди поднялась волна нежности, такая сильная, что я чуть не расплакалась.