Книга Фиктивная невеста дракона, или Притворись моей навсегда, страница 12 – Мила Синичкина

Кажется, проходит всего несколько минут, как мне на ухо уже кто — то зудит. Недовольно морщусь, просила же дать мне немного отдохнуть, а они! Что за люди.

— Что вам еще? Я сказала, решу все вопросы позже, — бормочу, не торопясь открывать глаза.

— Госпожа, ваша свадьба начнется через пятнадцать минут, мадмуазель Кристина от нервов постоянно заламывает себе руки и причитает за дверью. Гости господина Ришара уже прибывают, занимают стулья перед аркой, — проникает в мой мозг голос Кэти.

Резко сажусь на кровати, не веря в услышанное.

— В смысле через пятнадцать минут? Я ведь только что прилегла! — уточняю у служанки.

— Нет, мы вас уже почти час не можем добудиться, — она всплескивает руками.

— Вот это меня сморило, видимо, откат пришел после ночного ритуала, — бормочу, слезая с кровати. — А что барон?

— Ждет, нервничает, вместе с ним и мадмуазель Кристина, я же сказала, — терпеливо повторяет Кэти.

— И больше никого, да? Никаких странных гостей? Все нормально? — осторожно интересуюсь.

— Все относительно нормально, да, — отвечает Кэти. — Нам бы одеваться, госпожа, как бы дверь в ваши покои не выбили.

— Ты права, надо, — киваю, думая с досадой, что дракон меня обманул.

Одеваемся мы быстро, но не в свадебное платье. Из вредности я выбираю простой белый костюм со свободными брюками. Прическа тоже минималистичная — расчесанные волосы с забранными по бокам прядями, чтобы не лезли на глаза. Если мне предстоит потерять себя, то хотя бы сделаю это в удобном одеянии.

— Идем, Кэти. Пора мне на казнь, — произношу мрачно и резким движением, чтобы не передумать, открываю дверь своих покоев.

— Вы же провели ритуал, может, все вот — вот изменится, — сочувствующе говорит служанка.

Наивная. Оставляю ее реплику без ответа.

Под взглядами гостей медленно подхожу к свадебной арке, чуть задрав подбородок. Они не увидят моих истинных чувств. Тетка и Ришар бросают на мой наряд одинаково неодобрительные взгляды, но при гостях меня не отправить переодеваться, и им приходится промолчать.

— Начинайте, — с елейной улыбкой обращаюсь к жрецу, вызванному аж из самой Сантании ради нашего бракосочетания, — ни к чему тянуть.

Делаю глубокий вдох, пытаясь справиться с бешено колотящимся сердцебиением, может, снаружи я и сама холодность, но внутри я едва справляюсь с собой. Все мое нутро противится этому союзу, я ведь даже расторгнуть брак не смогу, буду полностью подвластна барону.

«Пожалуйста, — поднимаю глаза к небу, — сжальтесь», — молю Высшие силы…

Но ничего не происходит, по крайней мере, в следующую минуту, которая тянется для меня мучительно долго. А жрец всего лишь перекладывает свои листочки на трибуне, несколько раз встряхивает руками и тоже переводит взгляд на небо. Готовится получить нерушимое благословение, будь оно неладно.

На Ришара я старательно не смотрю, боюсь, не сдержусь и ударю чем — нибудь. Тетушка сидит в первом ряду, и я физически чувствую, как она прожигает меня взглядом.

Но минута подходит к концу, жрец заканчивает разбираться со своими бумагами, настраивается на нужный лад и переводит свой взгляд на нас с бароном. И тут — то наконец происходит нечто интересное.

Вдруг налетает сильный ветер, шляпки нескольких дам слетают с их голов, кто — то испуганно вскрикивает, кто — то встает со стула. Тетушка подбегает к нам с бароном и делает то же, что и он: хватает меня за руку. Только Кристина за правую, а Ришар за левую.