Книга Последняя из Культа Змеи, страница 17 – Екатерина Вострова, Екатерина Скибинских

— Студент Николсон?

— Э-э… В учебнике не указано, — растерялся сидящий недалеко от меня парень и даже открыл нужную страницу, явно намереваясь предъявить список преподавателю.

— Ах, в уче-ебнике, — протянул Молан издевательским тоном. — Есть здесь те, кто использует мозг для анализа информации, а не только для ее бездумного поглощения?

Вся аудитория озадаченно притихла, не зная, чего именно хочет от нас в этот раз эксцентричный профессор.

— Крайт! А вы что скажете? По чему бы вы ориентировались в первую очередь для определения, демон перед вами или нет? — Острый взгляд из-под кустистых бровей остановился на мне, заставляя чувствовать себя неуютно.

— По тому, что меня попыталась бы убить иномирная тварь, — пробормотала я и мысленно отвесила себе оплеуху, ожидая закономерного взрыва эмоций преподавателя. Тот, к моему удивлению, едва слышно хмыкнул. Правда, в глазах мелькнул опасный блеск. Но и я взяла себя в руки, продолжив гораздо вежливее: — Простите, профессор. Зависит от того, что у меня под рукой. Соль, мята, менталист или закованный в цепи бездушник. Нельзя сказать, что что-то из этого важнее прочего. В идеале использовать все сразу, чтобы исключить просто аллергию на какой-то отдельный компонент или непереносимость вида магии.

— Как насчет пятого пункта? Его у вас под рукой нет, — вкрадчиво заметил профессор.

— Это всего лишь характеристика, предупреждение. Да и разве это не одна из основных стратегий боевых магов? Использовать в бою чужую слабость. И не только в бою, взять хотя бы политическую арену. Мало ли случаев, когда политический деятель усиливал свою позицию за счет подчеркивания слабости оппонента? Вряд ли все они демоны.

— Шестой признак?

— Хаос? — переспросила я, благоразумно не напоминая, что Стоун уже называла этот признак. Но меня не перебили и не дали оценку моим размышлениям до этого, так что я осторожно продолжила: — Это слишком обтекаемо. Свержение династий, войны, голод, эпидемии болезней, нашествие нежити… В истории нашей империи хаоса хватало и без участия демонов.

— Седьмой?

— Демоны могут принимать любое обличье, кроме человеческого. В учебнике множество иллюстраций, даже есть изображение кота, только вместо шерсти у него языки пламени. Думаю, будет верным предположить, что, даже если демон попытается принять обличье человека, полностью скопировать у него не выйдет. Либо крылья вылезут, либо огонь из глаз, может, рога или чешуя, — медленно произнесла я, будучи не совсем уверенной в ответе.

Я читала много литературы на эту тему, но прямо это нигде не упоминалось, зато картинок с различными изображениями демонов хватало. Да что там коты, какой-то мелкий демон принял обличье ледяной ящерицы, которая замораживала все, к чему прикоснется.

— Так, может, из этого следует вывод, что седьмой признак и есть самый главный? — обманчиво ласковым тоном подтолкнул к следующей мысли Молан. Угу. Как раз такой, как он, и подтолкнет студента к верному ответу, да-да, он же просто душка.

— Тогда бы только этот признак и был в учебнике. К чему предыдущие шесть? Глядя на иномирную тварь, испепеляющую все живое на своем пути, я уж точно не стану искать солонку или предлагать ей выпить чай с мятой. Так что, вероятно, некоторые демоны нашли обходной путь. О чем, уверена, у нас впереди будет еще не одна лекция, — улыбнулась я, внутренне заледенев от напряжения.