Книга Адептка (сборник), страница 239 – Елена Звездная, Алина Лис, Маргарита Гришаева, и др.

Уговоры не помогали.

Кабинет, а в этом я ни капли не сомневалась, поражал размерами и внушал уважение. Массивный стол, как ни странно, содержался в идеальной чистоте. Письменный прибор, располагающийся в правом углу столешницы, гармонировал с небольшим лотком, в котором, скорее всего, должны были храниться либо небольшие сообщения, изложенные на бумаге, либо скрученные пергаменты. Обернувшись, я обнаружила дверь, а справа и слева от себя два кресла. Об удобстве их можно было поспорить, но что-то мне нашептывало, что в этом помещении удобно лишь одному человеку – его хозяину. Остальным же стоило задуматься о причине своего нахождения тут. Вдоль стен стояли то ли шкафы, то ли стеллажи.

Сколько бы ни бродила по всем известной ИКЕА, никогда не понимала разницы между книжным шкафом и книжным стеллажом с дверьми.

За спиной раздался звук, до боли напоминающий открытие двери, и в кабинет тут же ворвались голоса:

— А я тебе говорю, что почувствовал.

— Это моя территория, и если бы что-то произошло, то почувствовал бы… Бездна!

Резко обернувшись, я уставилась на мужчин, замерших возле двери.

— Ну вот, я же говорил, – не скрывая ухмылки, молвил высокий блондин.

— Вы кто?! – меж тем поинтересовался брюнет, настороженно сузив глаза.

Я же молча таращилась на вошедших, мысленно повторяя: «Этого не может быть… Этого не может быть… Мне это снится…»

— Леди? – заломив бровь поинтересовался блондин. – Чего именно не может быть и что вам снится?

— Я не леди, – на автомате буркнула я, выругалась и чуть не сплюнула себе под ноги, вовремя закусив губу.

— Госпожа? – продолжая кривить губы в улыбке, поинтересовался блондин.

— Нет, – настороженно качнула я головой.

— Даже так… – протянул брюнет, обошел меня по дуге и занял место за столом.

Переплетя аристократические пальцы, мужчина опустил руки на столешницу. Пока я не сводила взора с хозяина кабинета, его спутник обошел меня с другой стороны и встал у окна, при этом оба не сводили с меня изучающих взглядов.

— Вы странно одеты, – подал голос брюнет.

— Скорее она странно раздета, – откликнулся блондин.

Видимо, именно это стало спусковым крючком. Сначала я опустила взор на свои ноги, мысленно порадовавшись, что, несмотря на морозы, все-таки сделала депиляцию. Оценила стопы в махровых носочках, затем хмыкнула на голые икры, мысленно простонала, понимая, что далее облачена в черные трикотажные велосипедки, поверх которых свисало домашнее короткое платье с боковыми разрезами. Попыталась втянуть живот, что привлекло взгляд обоих мужчин к оскалившейся морде оборотня на моем платьишке, и, просунув пальцы в дырки на шали, по недоразумению являющейся частью орнамента, тихо заскулила. Резко повернув голову направо и налево, выбрала почему-то правое кресло и, упав в него, завыла в голос:

— Вас не существует. Вы плод моего больного воображения. Я сейчас закрою глаза, досчитаю до десяти, и вы исчезните. Оба. Правда?! – Я с надеждой подняла взгляд на мужчин, но они сохраняли лишь настороженность. – Ну поймите же! Вас придумали! Вас нет! Ну хотите, я вас перекрещу?!

— Что она собирается сделать? – поинтересовался блондин.

— Перекрестить, – отозвался брюнет, откидываясь в кресле и складывая руки на груди. – Может, она больная?

— Проклятая? – подсказал блондин.