Книга Адептка (сборник), страница 63 – Елена Звездная, Алина Лис, Маргарита Гришаева, и др.

И ведь я не хотела ничего дурного! Раньше с завидной частотой желала многим гадостей, но никогда эти гадости не сбывались! И тут – на тебе. Чудеса наоборот.

Я поняла, что именно происходит, только после приезда офицера из Ардана. Мелкий, тощий, красноглазый вампирюга вел себя заносчиво и надменно. Но меня это не особенно волновало, пока он не объяснил, что приехал задержать несанкционированного проклятийника. Знакомые имена выбили меня из колеи. А потом я просто сопоставила факты: пожелала Вантею косоглазия – вот оно, сказала тетке, чтоб ей пусто было, – так теперь из неприятностей не вылезает. Потом этот выскочка, Дидри, обозвал меня старой девой… Да кто он такой?! Подумаешь, первый красавчик на нашей улице в три дома. В городе полно подобных ему. Но слова парня меня зацепили – вот я и сказала: «Сам ты старикашка». Разве это проклятие?! Получается, что так. Потому что Дидри через полчаса совершенно состарился.

Приезд Ночного стража меня напугал. Особенно стало не по себе, когда услышала разговор этого Хойта и хозяина постоялого двора, дядьки Пинга. Я как раз мыла полы на кухне, когда до моих ушей донесся разговор:

— … а еще господин Шрай Виари. Он лекарь. Очень хороший, но жуть какой ленивый. Тоже маг, хоть и слабый. Такой мог и проклясть, если ему что-то не по нраву пришлось – он злопамятный, собака.

«Вот же трепло! – проговорила я. – Хоть бы месяцок помолчал, дал людям отдохнуть от своих сплетен! И этот Хойт хорош – уши развесил, каждому пройдохе верит. Чтоб ему уши позакладывало!»

И Пинг замолчал, а Хойт оглох. В тот же вечер. Теперь молчу и я. Молчу и оттираю жир со столов в харчевне. Пора делать ноги из этого забытого Бездной Приграничья, пока меня не забрали под белы рученьки. Глянув на свои красные мозолистые конечности, поморщилась – до белых им ой как далеко. Вот уеду в столицу – заживу!

— Э, – услышала окрик Пинга, – ау-э. М-м-м.

А жестами на ведро показывает и на улицу: мол, выливай помои и иди отсюда.

— Сейчас, – поморщившись, пошла исполнять поручение.

Во дворе было холодно. Вечер выдался ветреный, а я вышла в одном шерстяном платье, забыв накинуть пальто и платок.

Размахнувшись, хотела уже плеснуть грязную воду за ворота, да так и обмерла: там, в нескольких десятках шагов от меня, ехал Он! Темный лорд на белом коне… Тот самый, из моих детских сказок, привезенных дядей Шраем из Ардана. Косая сажень в плечах, аристократический лик, волевой подборок и дорогущая одежда.

Я восхищенно распахнула глаза и почувствовала, как льется по ногам грязная водица.

— Слышь, клуша, – заговорил со мной оживший сказочный образ, – это и есть лучший постоялый двор в вашем захолустье?

Очарование моментом как рукой сняло. И тут я пригляделась к лорду подробнее: волосы грязные и спутанные, на волевом подбородке щетина, на губах – презрительная издевка… Да и конь его – не конь вовсе, а кляча полудохлая.

Плеснув остатки водицы из своего ведра прямо под ноги коняге, громко оповестила:

— Нищим не подаем! – и гордо удалилась, хлюпая мокрыми сапожками и оставляя после себя мелкие лужицы. Вот так, знай наших, столичный хлыщ.

Забежав в прогретую, задымленную чадящей печкой кухню, почувствовала, насколько замерзла и проголодалась. Руки сполоснула в тазу и тут же стащила из плохо прикрытой кастрюли горяченький пирог с картошкой.