Книга Адептка (сборник), страница 75 – Елена Звездная, Алина Лис, Маргарита Гришаева, и др.

— Или туда, или сюда, – донесся тихий шепот, – сквозит.

Я вошла.

Помявшись у порога, прикрыла за собой дверь и снова оглянулась на офицера. Он смотрел прямо на меня, не мигая, словно завораживая.

— Чего? – спросила, поправляя выбившиеся из прически волосы. Обычно я собираю их в тугой узел, а на ночь переплетаю в легкую косу. Также поступила и сегодня.

— Не думал, что ты все-таки придешь. – Он быстрым движением поднялся, не издав ни единого звука. – Так хочется Вантея наказать?

— Да, – только и смогла пролепетать.

Он стоял совсем рядом: высокий, сильный, подавляющий своей мощью. Теперь я ощущала его присутствие особенно остро, и виной тому были две причины: то, что прокралась к нему ночью, хотя это строго запрещено, и то, что из всей одежды на нем теперь оставались лишь штаны. Хорошо хоть их снять не додумался.

— Рива, – он отступил к кровати и сделал приглашающий жест рукой, – присядь. Сейчас сделаем послание для твоего жениха – и спать.

— Спать? – Да что со мной такое? Слова сказать не могу, язык заплетается, губы сохнут… Может, лихорадку схватила?

— Поздно уже, малышка. – Темный страж улыбнулся, а меня бросило в жар. – Нужно отдохнуть перед дорогой.

Дорога… Конечно, он ведь увезет меня завтра, как я и мечтала. Но почему теперь так страшно?

Он снова повторил приглашение. Присев на кровать, подняла на него взгляд, ожидая продолжения. Офицер молчал, кажется, вечность, а потом тихо произнес:

— Ивар.

— Что?

— Я назвал тебе свое имя, Рива. – Ночной страж присел прямо передо мной на корточки и взял мои холодные ладошки в свои большие руки: – Нам будет гораздо удобнее общаться, если ты станешь обращаться ко мне по имени, понимаешь?

Нет. Вообще ничего не поняла, но в жизни в этом не признаюсь.

— Да.

— Прекрасно, – улыбнулся.

Почему у меня так бешено бьется сердце? Это предчувствие беды или счастья?

— У меня есть несколько вариантов наказания, – продолжил офицер, глядя прямо мне в глаза и при этом поглаживая мои ладони, – ты ведь помнишь, что учебник остался у хромого? Так вот, он притащил его к себе в дом. Я точно знаю, потому что лично накладывал охранные печати в виде своего автопортрета на каждое пособие.

— Вот гад! – Я даже ногой притопнула от негодования. – Шантажист косо…

— Именно так. – Ночной страж приложил к моим губам свой указательный палец, да там его и оставил, тихо приговаривая: – Ты только не кричи, а то весь дом раньше времени перебудишь.

А я и не думала кричать, я собралась… помереть. От счастья. Он так близко – стоит мне немного пригнуться, и два наших дыхания сольются в одно.

— Вот и умница. – Палец очень медленно сполз с моих губ, скользнул по подбородку и… скрылся из поля зрения. А у меня с грудью что-то странное случилось: она словно приподнялась и напряглась, хотя в комнате не было холодно. Точно – меня лихорадить вот-вот начнет.

— Итак, что ты хочешь, чтобы я сделал с Вантеем при попытке открыть учебник? – услышала вопрос офицера.

— А что можно? – уточнила, вытащив свои руки из его захвата и натягивая платок, стараясь прикрыть бесстыжую грудь.

Офицер переложил ладони мне на колени и, продолжая смотреть в глаза, ответил:

— Все, что пожелаешь, малышка. – Его голос околдовывал: хрипловатый и мягкий, обволакивающий. Руки у него сильные и горячие – даже сквозь ткань домашнего платья я ощущала их жар. По моей коже бежали мурашки, а внизу живота появилась приятная тяжесть. Никогда раньше не испытывала подобного… Если это болезнь – пусть она не проходит.