Книга Академия для отчаянной невесты, страница 35 – Полина Миронова

— Мне… нужно подумать, — наконец выдавила я. Подумать, действительно, нужно было о многом.

Девушки кивнули и ушли.

Я бухнулась на кровать, пытаясь осознать масштаб проблемы.

— Лизи, — прошептала я. — Кажется, мы попали.

Лизи пожала плечами и молча задвинула щеколду на входной двери. В этот момент шкаф распахнулся, и из него вышел Грегори Шантуа. Слегка помятый, но с неизменной кривой ухмылкой. Он отряхнул камзол от невидимой пыли, глянул на меня со странной смесью насмешки и одобрения и подмигнул. А я сделала вид, что не заметила, просто отвернулась, как ни в чем не бывало.

— Ну что ж, — весело произнёс он. — Похоже, тебе, Вики, придётся согласиться на предложение этих… членов общества обиженок.

Первой опомнилась Лизи. Она уставилась на Грегори Шантуа, как на сумасшедшего.

— Псих! — коротко сказала она и плюхнулась на свою кровать. — Но я так и думала.

А я все не могла прийти в себя. Зачем ему все эти проблемы?

— Погоди-ка, а ты точно уверен? Ты что, бессмертный? — недоверчиво спросила я и, дождавшись уверенного кивка, задумчиво протянула: — А за что они тебя так… искренне ненавидят? Ты, правда, всех их бросил? Или… Что ты им такого сделал на самом деле?

Почему-то сейчас, глядя на Грегори, я как-то слабо представляла его в роли завзятого сердцееда. Он гад, конечно, но точно не герой-любовник! Если бы он был таким, как выставляют его Нора и компания, пострадавших было бы намного больше, чем они трое.

Грегори, который небрежно отряхивал несуществующую пыль с рукава своего безупречного камзола, усмехнулся. Печально и цинично.

— Уж точно не за то, о чем они кричат на всех углах. Поверь, их истинные причины куда мельче и пошлее.

— И что, что, что? — Глаза Лизи возбужденно загорелись, она просто жаждала сплетен, как воздуха. Мне тоже было любопытно, поэтому я замерла у стола, стараясь, чтобы он не заметил моего пристального внимания.

Шантуа резко повернулся к Лизи, его взгляд стал холодным и острым.

— Нет, — его голос потерял всякую игривость. — Аристократы с понятием о чести такого не говорят. Точка.

Его тон не допускал возражений или препирательств. Лизи обиженно надула губы, но промолчала.

Слова Шантуа вывели меня из ступора. Ах, ты, чистоплюй! Решил разобраться с девчонками моими руками! Я оттолкнулась от стола, чувствуя, как по телу разливается знакомая спасительная, трезвящая ярость.

— Погоди. А с какой стати я вообще должна на это соглашаться? С этим дурацким спектаклем? — выпалила я.

И Грегори снова превратился в самодовольного хама. Он пожал плечами с преувеличенной небрежностью.

— А у вас есть выбор? Они не отстанут. Это, во-первых. Во-вторых, пока они будут думать, что ты «втираешься ко мне в доверие», они не станут строить другие, куда более коварные планы. И будут, кстати, страшно довольны, что я провожу с тобой так много времени. — Он бросил на меня насмешливый взгляд. — Ну и в-третьих… Разве тебе не любопытно? Что за могущественный маг согласился помочь тебе? У меня есть одно предположение на этот счет. И если это он… — Грегори фыркнул, и в его глазах мелькнуло презрение. — Тогда это ваше «общество обиженок» упадет в моих глазах на самое дно.

Любопытство, гадкое и цепкое, действительно шевельнулось внутри, но я не поддалась.

— А что тебе-то от нас нужно? — спросила я, скрестив руки на груди. — Что ты получишь от этого всего, кроме удовольствия помучить нас?