Книга Попадись в мои когти, страница 127 – Ксения Кирина

— Я так сильно тебя ударила?..

Я слегка испугалась. Если у него треснул череп или что-то в этом роде…

— Нет, я отделался шишкой. Но мне все же хотелось бы знать, чего от тебя ожидать и как действовать в критической ситуации. Ожидание того, что ты зарядишь мне в глаз, здорово мешает доверительности. Худой мир лучше доброй ссоры, как говорится. Хотя всем угодить невозможно…

А ведь в том, что он оказался попаданцем и попал именно сюда (и в разгар рыцарства), нет ничего удивительного, с таким-то характером и жизненными установками. Но мне не должно было быть до этого ровным счетом никакого дела.

— Нельзя жить с целью угождать кому-либо. Даже самый маленький мир для этого слишком велик.

— А как же истина — «относись к другим так, как хочешь, чтобы относились к тебе»? — Суданский склонил голову к плечу, наблюдая за мной.

Он и вправду такой наивный или притворяется?

Ой, мама, кажется, не притворяется… Что за день такой сегодня — диво за дивом, чудо за чудом! Реликт! Я о таких только читала!

— Рыцарь, а ты в своем мире кем был? — поинтересовалась я.

Артем застенчиво улыбнулся.

— Не поверишь — школьным учителем. Математики.

Похоже, его удивила моя реакция — то есть почти никакой ожидаемо экстраординарной.

— А почему я должна не поверить?

Он уставился мне в глаза — видимо, выискивая признаки того, что я шучу. Не нашел.

— Ну-у… у нас эта профессия считается преимущественно женской, — с легким смущением пояснил рыцарь. — В нашем коллективе кроме меня был всего лишь один мужчина, преподаватель физкультуры.

— И чем же тебе приглянулась математика?

— Показалось, что этот предмет как-то… мужественнее, что ли, — Суданский хмыкнул. — Эх, надо было брать биологию, сейчас бы больше пригодилось. Или химию. Как замутил бы порох…

И пришлось бы тебя нейтрализовать, чтобы не научил местных чему не надо. Феминистки не изобрели взрывчатку, и то хвала Тайной Магии.

А смешивание пороха входит в школьную программу Земли-двадцать-двадцать⁈ Получается, что все попаданки — двоечницы. В противном случае они бы давным-давно разбомбили Ланата-шесть и прочие миры, имевшие неосторожность их притянуть.

— А других вариантов в выборе профессии не было?

— Почему, были. Мозгов у меня не было. Да и сейчас не особо… — сделав сие весьма глубокомысленное заявление, рыцарь потянулся и задумчиво добавил: — Наверное, здесь и сейчас я на своем месте, как бы это странно ни звучало. На своей прежней работе я не ломал кости и не получал в глаз, но и морального удовлетворения было намного меньше.

— Что, передумал стать смысловером?

— Не дождешься! Думаешь, я вот так просто возьму и упущу возможность работать в организации, где приключения на каждом шагу и столько симпатичных барышень? — Суданский лукаво прищурился, но тему, на свое счастье, развивать не стал. — А ты, Аметист? Почему ты выбрала такую стезю?

— Потому что я драконица, — ровно ответила я.

— Мне это мало о чем говорит.

Вот… настырный.

— Ладно. Чем, по-твоему, обычно занимаются драконы?

— Охраняют сокровища. Похищают принцесс. Сражаются с рыцарями, — на этом моменте Артем замялся. Видимо, вспомнил, что сам тоже рыцарь.

— Вот практически все перечисленное и входит в обязанности смысловера. Немного в иной трактовке, правда. В моем задании важна каждая деталь, особенно если дело касается спасения мира. Вот, например, мы сейчас находимся в мирооснове Ланата; ты же у нас местный Избранный? Следовательно, мы, смысловеры то есть, должны обставить твой подвиг так, чтобы дело было доведено до конца и по возможности — обойтись малой кровью.