Книга Попадись в мои когти, страница 174 – Ксения Кирина

Я подумала, что Гад заметил Эрха, но ошиблась: на выступающий над входом в лавку козырек спрыгнул Дэгра. Люди так и прыснули оттуда.

— Хватайте его! Это демон! — дурным голосом взревел Гигроссул, поскользнулся и грохнулся на помост.

— Не сметь! — грозно гаркнула принцесса.

Ее авторитет сыграл свою роль — движение застопорилось, но ненадолго: энтузиазма народу прибавил надсадный рык чучела.

Гвалт поднялся несусветный — самые умные пытались объяснить глупцам, что демоны выглядят иначе, те сдуру спорили, не самые умные (но не настолько глупые) пытались ускользнуть с площади. Дэгра замер.

Меня оттеснили от Эрха и Элоры. Тролль взвыл — пятясь, он наступил на мелкую шавку, и та вцепилась в его голень как в любимую кость.

— Я сказал, взять его! — завизжал Гигроссул. Неудивительно, что они с Чужеядом спелись, со схожими-то повадками.

И началась кутерьма!

* * *

Стажер со стоном разогнулся, потянулся и глянул на часы.

— Аметист, как насчет перерыва на обед?

Я размяла пальцы, подумала и вдруг поняла, что вполне себе «за». И десятью минутами спустя письменный стол сменился обеденным.

Не успели мы приступить к трапезе, как у нас появилась компания:

— Приятного аппетита, команда Тис Зеленый! — Красуантия беззастенчиво уселась на свободный стул и расправила складки мантии.

Я промолчала, потому что была занята жеванием, взамен приветственно махнув. Артем невнятно угукнул.

— А ты почему не обедаешь? — спросил он, первым справившись с куском.

— Я уже поела. А поскольку лохматый меня достал сюсюканьем, я пользуюсь возможностью подольше не глядеть на его рожу.

— Чем достал? — удивилась я. В чем-то Виктора можно понять, характер ланатской принцессы не отличается кротостью, но и разговаривать с ней как с ребенком…

— Такое чувство, что он считает меня умственно отсталой. Или просто отсталой, — подтвердила мою догадку Красуантия. — То, что я из не такого раскрученного мира, как ваш, совершенно не дает ему права объяснять мне значение каждого слова длиннее трех слогов! Уф, накипело.

— Сделать Виктору внушение? — предложила я.

— Обижаешь, Тис, — принцесса хихикнула. — Я и сама могу внушить… если захочу. Вот остыла с помощью компота, пойду и внушу. Лучше расскажи, как дела с нашей общей историей?

Я не сразу сообразила, что она имеет в виду отчет.

— Как раз добралась до Кидала. Ваше противостояние на площади…

— О! — Ее Высочество оживилась. — Это была моя идея! Закидать Гадов яйцами!

— Мы так и подумали, — подмигнув мне, сказал рыцарь.

Красуантия приосанилась.

— Отличный ход, правда?

— Более чем. После этого трудно поверить, что Гигроссул способен наводить ужас, — заметил Артем.

— В настоящем злодее должно быть что-то карикатурное, иначе его будет слишком легко принять за неправильно понятого положительного героя, — сказала я. — И ты, Красуантия, эту карикатурность обеспечила.

— Не только я.

— Выходит, каждый злодей по-своему карикатурен, — подумав, сделал вывод Суданский. — И Гигроссул с Чужеядом — тому пример. Как можно было воспринимать их всерьез после обстрела в Кидале?

— Нельзя, но только простым людям, которые видели их первый и последний раз в жизни, — сказала Красуантия. — Для тех, кто с Гадами боролся, легкомыслие было непозволительной роскошью.

* * *

Чучело, переваливаясь с боку на бок, обогнуло помост и двинулось в нашу сторону, попутно обрушив штабель бочонков и кончиком хвоста сметя с помоста зазевавшегося Чужеяда. Площадь забурлила — как зелье у алхимиков, когда они бросают в колбу комок чего-то там, и пена лезет через верх: народ (кто с краю) тоже частично «выплеснулся» за пределы площади, остальные создали толчею. В ближайшем переулке образовалась пробка.