Книга Попадись в мои когти, страница 253 – Ксения Кирина

Меня несколько настораживало то, что Виктор меня игнорировал. Он не мог не понимать, что я хочу быть в курсе происходящего в Ланата-шесть, и либо этот курс предоставить не мог, либо Агаська преуменьшила масштаб матушкиного визита. Имелся и третий вариант, но мне самой он ужасно не нравился — то, что ланатское дело приобрело печальный оборот… хотя как бы и от кого Виктор получил оттуда информацию? С помощью самопальных мыслетрянсляторов?

Немногочисленным снующим туда-сюда медикам не было до меня никакого дела. Других пациентов я не заметила, так что возможности с кем-нибудь пообщаться (и хоть что-нибудь разузнать) не возникло. Оставалось ждать обеда и появления единственного источника информации — в лице Агаськи.

Совершив променад до конца коридора, я лениво поплелась обратно и на полпути едва не столкнулась с Мальгариэль, выходящей из процедурного кабинета.

Только благодаря предупреждению подруги я поняла, что передо мной Валерикова невеста. Попаданка и впрямь стала зеленая, словно ее искупали в малахитовом зеленом Ж. На фоне столь насыщенного оттенка кожи волосы, ресницы, брови и белки глаз прямо-таки светились белизной. Меч Артема и Чужеяд по степени зеленистости и рядом не стояли!

Однако самым интересным оказалось то, что попаданка взаимно (но гораздо надежнее) меня не узнала! Мазнула по мне сердитым взглядом — мол, ходят тут всякие, — и прошла мимо!!! Я тут же передумала здороваться.

Если уж она — она! — меня так проигнорировала, из этого следовал вывод, что с моей внешностью тоже что-то случилось, не критичное (иначе бы Агаська сообщила), но значительное. Меня так разобрало любопытство, что я на максимально возможной скорости вернулась в свою комнату и юркнула в маленький санузел.

Узкое прямоугольное зеркальце на дверце шкафчика бесстрастно отразило мой облик.

Все оказалось не так страшно, как могло бы быть: лицо бледное — на фоне черных волос в синеву (фигурально, не как у Мальгариэль!), губы бескровные, глаза обведены синяками в тон радужной оболочке… не драконица, а экзотическая панда!

От нечего делать (а ничего и не поделаешь!) похихикав над собой, я нарезала десять кругов по комнате. Слегка утомившись, улеглась на кровать и снова предалась размышлениям.

Кроме всего прочего меня интересовало, до конца ли осуществилась строчка пророчества о том, что «вечность драконов укроет». То есть, победил ли Кудр Бельторна или нет? И если победил, добил ли бесповоротно или отправил в то же пограничное состояние, что и Артем — Чужеяда?

В мыслительный процесс вмешалось деликатное постукивание в дверь.

— Войдите! — отозвалась я. И рывком села, увидев лицо посетителя — наполовину скрытое солнцезащитными очками, наполовину темно-каштановой бородой, но очень даже узнаваемое.

Из всех вероятных посетителей уж Странника, обряженного в синий балахон медика, я бы представила в последнюю очередь. Если бы мне вообще приспичило думать о том, кто же еще придет меня навестить.

— Здравствуй, Аметист, — мирно сказал он.

Я не ответила. Не от удивления или невежливости — просто, совершив резкое движение, поспешила проверить целостность целительных проводков. Не думайте, раздеваться или задирать рубашку до неприличия не стала! Но смотрелось интригующе — на лице Странника мелькнуло изумление.