Книга Единою судьбой. Академия наследников, страница 37 – Елена Помазуева

— Вставь между лечением в лазарете и проверкой преподавателем Штормом, – заглянув в список, посоветовал Вирил.

Гарольд прилежно исправил и пока друзья молчаливо ожидали, выводил красивыми буквами запись о визите в академию незнакомца.

— Теперь самое интересное, – потер в предвкушении ладони Игл. – Пишем следствие из событий! Я первый! – он обаятельно улыбнулся и поклонился собеседникам. – Меня удивила одна странность, на которую почему-то никто не обратил внимание. Вирил поставил защитный контур от людей и зверей. Любой маг его бы смог увидеть, а дальше по обстоятельствам. Либо ушел, оставив место и не побеспокоив хозяина, либо вмешался, нарушив плетение. Ни того, ни другого не произошло. Контур остался не тронут, но паренек смог подойти к Эджину. – Он с озорным блеском в глазах посмотрел на собеседников. – Возможно, это ничего не значит. Вероятно, заклинание разрушилось в месте силы, что позволило постороннему проникнуть внутрь. Допускаю, данный факт вообще может не иметь никакого отношения к случившемуся с Эджином, но меня позабавила необычная деталь. Защищенная поляна, где лежит неподвижный маг, и вдруг к нему подходит незнакомец. Интересно. Правда? – Игл с обаятельной улыбкой посмотрел на обоих. – Гарольд, записывай. Если это не следствие, но по временным рамкам совпадает.

Вирил внимательно проследил за чернильным пером, выводящим слова. Нет, ему это странным показалось лишь вначале, потом необъяснимый нюанс ускользнул из памяти.

— Следующее, – записав, произнес Гарольд. – Эджин возвращается, и его резерв уменьшается до черного уровня. Куда это записывать, как следствие?

— Как следствие дурости, – буркнул уставший Игл.

— Это само собой, – согласился с ним Гарольд. – Записывать куда?

— В родословное древо, как напоминание для потомков, – развеселился Игл.

— Свое составим, – хмыкнул Гарольд.

— Повеселились? – оборвал их Вирил, хлопнув ладонью по столу.

— Наворотили дел, – выдохнул Гарольд. – Пишем. Следующее. Последствия тренировочного боя с тьмой – исчерпание резерва. – Прилежно выводил аккуратные строчки он. – После лечения восстановление до какого уровня? – уточнил у Вирила.

— Черного, – обронил тот.

— Какие последствия получились после того, как приволокли мальчишку в академию? – заглянув в таблицу, поинтересовался Игл, взглянув на Вирила.

— Вылечили пацана, – пожал плечами тот.

— В смысле? – удивился Гарольд. – От чего лечили? Он заразный что ли?

— Мы его из-под завала вытащили. Сюда доставили, когда он уже не дышал, – пояснил Вирил.

— И лекарь … смог его спасти? – задумчиво закусил кончик чернильного пера Гарольд.

— Получается, все сходится на Сириле, – в тон ему отозвался Игл.

— Не согласен, – отозвался Вирил. – Если бы от него зависело увеличение резерва, он обязательно сообщил.

— Верно, – вздохнул Гарольд.

— Пацана принесли в академию, вернули к жизни. У Эджина, когда резерв восстановился? – спросил Игл, водя пальцем по ровным строчкам.

— Не могу сказать точно, – ответил Вирил. – Вечером мальчишку вызволили из-под завала, а утром пошли к Шторму, чтобы сообщить обо всем. Преподаватель пожелал убедиться, и мы отправились в зал силы.

— Записал, – сообщил Гарольд, поставив точку в конце предложения.

— Я одного не понял. Мальчишка сейчас где? Остался в академии? – отведя взгляд от окна, спросил Игл.