Книга Совершенство, страница 131 – Татьяна Миненкова

Его тон усталый, но миролюбивый. Он не настроен воевать, а значит, все же предпочел прислушаться к моим словам.

— Ничего, – хмуро отзывается Нестеров, подтверждая сказанное мной, тоже не солгав, но через мгновение добавляет: – Во всяком случае, ничего такого, что я хотел бы обсуждать с тобой.

Антон усмехается, но Нестеров вдруг продолжает:

— Знаешь, Аверин, я вообще не могу понять, какого хрена именно ты стал директором «Архитека»? Это же вообще не твое. Милана смотрелась бы на этой должности гораздо уместнее.

Он говорит это спокойно, без цели оскорбить, поэтому Антон так же спокойно отвечает:

— Почему ты так считаешь?

— Она ответственная и целеустремленная. Рассудительная и амбициозная. В ней есть внутренний стержень, которого тебе недостает.

От такой неоднозначной характеристики я замираю за дверью и судорожно сглатываю. Если бы он не сказал, что хочет меня забыть, я бы даже подумала, что у нас еще есть какой-то шанс.

— Отец сделал ставку не на того, – слышу, как Антон встает со стула и направляется к бару, со скрипом открывает дверцу, видимо намереваясь что-то в нем найти, и продолжает: – Мила внешне – вылитая мать, и он предпочел откреститься от них обеих разом. О том, чтобы оплатить ей обучение, даже речи не шло. Он так и не понял, что его характер достался дочери, а не сыну. А я, в свою очередь, по большей части перенял материнский. Глупо, правда?

— Глупо, – бесстрастно соглашается Нестеров, но тут же слышится звук его шагов, и он добавляет: – Нет, Аверин, напиться сейчас – не лучшая идея в твоем положении.

Кажется, после короткой, но не самой ожесточенной борьбы Марк забирает у Тоши бутылку, которую тот успел достать из бара.

— Это еще почему? – возмущается брат. – Это, вообще-то, мой кабинет!

— Потому что сразу же после собрания мы с тобой улетаем в командировку исправлять твои проблемы с поставщиками, – резко произносит Нестеров, со стуком ставя отобранную бутылку на столешницу. – И кабинет теперь не твой, а мой. По возвращении переедешь в тот, в котором нет бара. До объединения организаций…

То, что он перечисляет дальше, мне уже не интересно. Достаточно знать, что они не спорят и Антон согласен содействовать Нестерову. Я переключаю внимание на Лауру. Ассистентка внимательно смотрит на меня, прекрасно видя, что я подслушиваю их разговор, но не предпринимает ничего, чтобы помешать.

И все же ее взгляд мне не нравится. Он неприятный и острый, наполненный открытой враждебностью. Лаура теперь видит во мне не просто девушку, которая несколько дней назад ворвалась в кабинет ее начальника вопреки ее воле. Она видит соперницу.

Я подхожу к секретарскому столу в приемной и пишу на верхнем листе для заметок свой номер телефона.

— Марк Анатольевич просил передать, чтобы ты отправила его банковские реквизиты мне на этот номер, – протягиваю листок, но Лаура не спешит брать, умышленно заставив меня замереть рядом.

— Вот когда Марк попросит об этом меня сам, тогда и отправлю, – цедит она, скаля фарфоровые виниры. – Не думай, что ты для него что-то значишь.

Вот даже как? Интересно. Но сил спорить с Лаурой у меня не осталось. Слишком напряженное вышло утро.

Я устало усмехаюсь:

— Ты тоже не думай слишком много, а то хвост отвалится, – советую я, складывая бумажку вдвое, и без разрешения вкладываю в маленький нагрудный кармашек ее жакета. – Не потеряй.