Книга Письма из Терра Арссе, страница 304 – Татьяна Миненкова

— Не стану я ничего читать! Или говори, или проваливай!

— Нет, станешь! Или наделаешь ошибок и потом никогда себя не прростишь.

Не прощу, значит. Вот как. В последнее время я совершаю ошибки с завидным постоянством, может не стоит изменять традиции?

— Хочешь, я прочту? — Миролюбиво предложила Тэт, но Люциус почему-то сразу коротко ответил:

— Нет.

Она смущенно опустила глаза, пожалев, видимо, что вмешалась.

Значит, письмо предназначалось именно мне. Как интересно. После того, как Мира выложила Следующей так много важной информации прошлой ночью, она дала фамильяру четкие указания отдать письмо только мне.

— Просто вы дольше ругаетесь. Уже бы давно прочли и поехали, — пожав плечами, не сдавалась Следующая.

И, хотя я терпеть не мог, когда кто-то указывал мне что делать, в ее словах была логика.

— Давай, — в нетерпении протянул я руку и ворон с готовностью опустился на нее, позволив отвязать небольшой листок.

Он оказался даже не письмом. Так, короткой запиской.

Я пробежал глазами по наскоро написанным строчкам. Перечитал. Застыл. Внутренности сковало льдом.

Вдумался и перечитал еще раз.

— Зараза, — подытожил прочитанное я и выделил три основных тезиса написанного.

Завтра утром перед арссийским королевским дворцом решится моя судьба.

Тот, кто принесет туда Кристальный гладиус — погибнет.

Я и Тэт будем на грани гибели одновременно, но артефакт спасет лишь одного. Второму не поможет ни одна живая душа в Терра Арссе.

Живая не поможет. А мертвая? Или не из Терра Арссе? Эмирата такая Эмирата. Видящая до мозга костей, с ее тайнами и загадками.

— Что там? — Полюбопытствовала Тэтрилин.

Солнце уже скрылось, и она не смогла бы заглянуть в написанное, даже если бы попыталась.

Люциус смотрел на меня, прищурившись, словно ожидая какой-то реакции. В горле стоял ком и мне пришлось прочистить горло, прежде чем сухо спросить:

— Мира ждет от меня ответ?

Ворон мгновение помолчал, продолжая сверлить меня взглядом черных глаз-бусинок. Может мне показалось, но я разглядел в его взгляде вину. А потом он ответил:

— Не ждет.

— Хорошо. Тогда лети, — произнес я раздраженно.

Я злился на Люца, хотя понимал, что он ни в чем не виноват. И Мира не виновата. Она всего лишь сообщила о своем видении, вопреки обыкновению, не давая никаких советов.

— Лети, Люцик, — повторил я тоном, не допускающим возражений.

Возможно, невежливо было прогонять его, но учтивость была последним, о чем я думал.

Тэт смотрела на меня настороженно, не спеша повторять свой вопрос.

И ворон, взлетел. Я все еще стоял рядом с Прадой, наблюдая за тем, как фамильяр Миры удаляется, пока он совсем не исчез из вида.

— Разве мы не спешим?

Вопрос Тэт был очень осторожным, преисполненным такта. А тон был сочувственным. Но мне не нужно было сочувствие.

Я глубоко вздохнул и ответил:

— Нет. Мы дадим им фору.

Следующая вопросительно подняла брови, а я изобразил на лице усмешку и вскочил в седло.

Мы продолжили путь. Дождь перестал, но в темном небе не зажглось ни единой звезды.

Мрак вокруг позволял мне не тратить силы на то, чтобы имитировать спокойствие или радость. Потому что записка Миры выбила меня из колеи.

Через несколько часов, проведенных в непрерывной скачке и тягостном молчании, мы достигли небольшой деревеньки, путь от которой до Сарн-Атрада занимал совсем немного.