Книга Письма из Терра Арссе, страница 364 – Татьяна Миненкова

Происходящее казалось мне ненастоящим, нереальным. Словно я могла через мгновение открыть глаза и проснуться в своей комнате в Пятом Замке Авенира, удивляясь яркому и полному событий, удивительному сновидению.

Наверное, у каждого человека имеется определенный эмоциональный предел, после которого он перестает реагировать на происходящее с должным энтузиазмом, становясь безразличным наблюдателем. И своего предела я не просто достигла, а с лихвой за него вышла.

Стоящий рядом со мной Тулемий за время моего отсутствия в Сарн-Атраде успел обзавестись огромной, покрытой волдырями, отметиной на лице, отчего один из его глаз выглядел невидящим. Я догадывалась, что Таламур был к этому причастен, но спрашивать напрямую не решилась. Если так, то свою смерть он заслужил. Впрочем, не мне судить.

Выражение лица Второго Следующего неожиданно стало безразличным, а в глазах заклубился белый туман. Кажется, именно так выглядело проявление его магической силы. Интересно, что сообщили ему видения на этот раз?

Перевела взгляд на Тадимара, который пытался помочь вивианской принцессе. О том, кто она, я догадалась без труда — Дэй так тепло отзывался о сестре, что я примерно так ее себе и представляла. Но откуда с ней был знаком Первый Следующий, я представления не имела.

Дэймос все еще не поднял голову, и я стала переживать за него, вспоминая, когда и куда именно его успел ранить Таламур. А когда хотела уже, спрыгнуть с постамента, успев подойди к самому краю, раздался неожиданный резкий окрик Тулемия:

— Тэт, оставайся на месте!

Я замерла и нерешительно обернулась, не понимая причины, по которой он меня остановил.

— Ты что-то видел?

Тулемий уверенно кивнул, но расспросить его о подробностях увиденного не получилось. Дракон пролетел прямо над нами, заставив торопливо пригнуться, и снова взмыл в небо.

— Про дракона? — Спросила я, переведя взгляд на крылатого ящера, но мой вопрос потонул в его реве, заглушившем все звуки вокруг.

А потом на ставшую безлюдной площадь ступили вивианцы, дождавшись окончания строительства переправы.

Они остановились на противоположном краю площади, и можно было бы охарактеризовать их поведение как нерешительное, если бы не уверенность светловолосого короля, важно шествовавшего на своем коне в авангарде войска.

Тот самый Виктор, с которым Дэй, по его словам, не очень-то ладил, выглядел высокомерно и непоколебимо, присматриваясь к дракону настолько собственнически, словно тот был, по меньшей мере, его домашним зверьком или должен был вивианскому королю денег.

Неторопливо и важно он достал из заплечных ножен меч, блеснувший серебристым лезвием. Действия короля, сверкавшего желтыми глазами, были четкими и правильными, будто он всю жизнь ждал этого момента и готовился к нему, хотя, возможно, так оно и было.

Когда он поднял меч в вытянутой руке, и выкрикнул какие-то слова, донесшиеся до нас неразличимым ревом, дракон развернулся в воздухе и, планируя на широко распахнутых перепончатых крыльях, направился прямо к вивианцу.

Нетрудно было догадаться, чего он добивался.

Вернуть драконов в земли Терра Вива мечтал, наверное, каждый вивианец, а для драконоборцев из королевского рода это желание испокон веков было наиважнейшим и неоспоримым.

И вот — настоящий живой дракон перед ними, рычит, убивает людей, рушит здания и плюется огнем. От того, сможет ли кто-нибудь приручить монстра, зависела дальнейшая судьба соседнего, а может и нашего королевства. И именно этим человеком собирался стать Виктор Вива. Для этого он и поднял свой меч.