Книга Письма из Терра Арссе, страница 50 – Татьяна Миненкова

Капитан запретил нам с Тайрой выходить из каюты, но любопытства ради, мы все же выглянули на мгновение, чтобы тут же запаниковать и снова спрятаться. Мы обе были слишком молоды и отчаянны, чтобы поверить в то, что можем погибнуть при кораблекрушении. Но даже наших знаний и опыта хватило для того, чтобы понять, что дело было плохо.

Наш барк «Лингвэлокэ», что в переводе с синдарина означало «морской дракон», неожиданно начавшийся двухдневный шторм занёс слишком далеко от родного Лунариса. Часть команды, пытавшуюся убрать паруса, чтобы минимизировать ущерб, смыло в море огромными волнами.

Мы не знали, как долго еще будет бушевать непогода, больше суток ничего не ели, а запасы воды подходили к концу. Лишь присутствие друг друга позволяло не упасть духом окончательно и не потерять надежду.

Я знала Тайру с детства, поскольку наши отцы были сильными магами, занимавшими в Лунарисе высокие государственные посты и поддерживающие друг с другом хорошие отношения. Поэтому, у их дочерей не было иного выбора, кроме как тоже подружиться.

Мы были одногодками, обе с магическим даром. Чем-то похожие, в чем-то разные. По незнанию нас даже принимали за сестер, и нам это нравилось. Мы очень много времени проводили вместе и иногда понимали друг друга без слов.

Лингвэлокэ должен был перевезти нас через пролив на бал в Тир — один из соседних прибрежных городков. Там нас ожидали, как почетных гостий. А мы планировали повеселиться на славу и танцевать до утра.

Но все пошло не по плану, когда вечернее небо неожиданно заволокло тучами, резко похолодало, а на воду опустился густой туман. Начался ливень. О том, чтобы пристать к берегу в таких условиях не могло быть и речи.

И вскоре шторм, швырявший наш барк, как щепку, из стороны в сторону, вынес его в открытое море.

— Меня тошнит, — простонала Тайра, сидя рядом со мной на узкой, укреплённой на досках пола, кровати. Мы обе держались за ее спинки, чтобы не упасть.

— Меня тоже, — пожаловалась я в ответ. — Это, наверное, от голода.

Мой дар видящей молчал, а от огненной магии Тай, в сложившихся обстоятельствах, не было никакого прока.

Я чувствовала себя настолько истощенной и измученной, что, казалось, была на грани потери сознания, не представляя, как долго мы ещё сможем продержаться. Подруга выглядела точно так же.

И, когда я поняла, что сознание уже начинает покидать меня, раздался оглушительный треск, Тайра громко закричала и обхватила меня руками, но из-за шума вокруг я почти не услышала ее крика.

Поток ледяной соленой воды хлынул в образовавшуюся от удара о камни пробоину, и мне тогда показалось, что это наш конец…

Вынырнув из тяжелого сна, я открыла глаза. Над головой колыхался от легкого ночного ветерка белый балдахин. До утра было ещё далеко. Рядом размеренно и безмятежно дышал спящий Рус. Тигр вальяжно раскинул на покрывале мощные лапы и было ясно, что уж его-то никакие кошмары не мучали.

Едва коснулась мягкой шерсти на его шее, чтобы не разбудить, и мое участившееся после тяжелого сна дыхание тоже успокоилось.

С того дня, который я так часто вижу во сне, прошло так много лет, что иногда казалось, что все это происходило не со мной, а с кем-то другим, в какой-то другой жизни.

Тогда я очнулась на берегу, обнаруженная несколькими уцелевшими членами команды и целым отрядом воинов под предводительством короля земель, на которые шторм, наигравшись, наконец, выбросил Лингвэлокэ.