Книга Между морем и ветром, страница 49 – Ирина Коняева

Хотя… сидеть с любимым мужчиной на пляже, пить горячий чай из термоса, обниматься, возможно целоваться – Да! Да! Да! – разве не об этом она мечтала?

«Я слишком разбалована дорогими ресторанами, уже забыла, что такое романтика», – журила себя Ксюша.

— Это наше тайное место, нашей компании, я имею в виду, – начал пояснять Сева, куда её привёз. – Времени у нас не так много, но я хотел снять тебя именно здесь.

— Снять?! – она притормозила, останавливая ничего не понимающего парня.

— Ну да. Я взял камеру, хочу тебя сфотографировать. Здесь всегда погода чуть другая и прекрасный свет на закате. Над городом вечно облако газов и пыли, да и тучи часто. Здесь – другое дело. Иногда даже во Владике ливень, здесь солнышко. Плюс почти не бывает ветра. Хотя сегодня задувать точно будет, но не сносить. Вот увидишь. Идём скорее.

— Это…? Ах! – Ксюша смотрела на небольшое ущелье и не могла поверить своим глазам. Между двух скал, в полуметре над прозрачной зелёной водой висели самые настоящие качели!

— Ага. Месяц назад сделали. Там вообще была тарзанка, но в нашей компании девчонки как сговорились и забеременели по очереди, вот, сделали им. Жаль, здесь больше нет места подходящего, с тарзанкой было поприкольнее, но или то, или то. Я тебя хочу на качелях тоже пощёлкать, а потом вместе покатаемся, если не против.

Она буквально слышала детскую обиду в его голосе. Как же! Отобрали тарзанку! Ай–яй–яй, нехорошие! Ещё и специально забеременели, чтобы расстроить мальчика! Лишили, можно сказать, единственной радости в жизни.

Заткнув язвительного внутреннего комментатора, она с радостью согласилась:

— Конечно, я не против! Обожаю фотографироваться. И платье у меня правильное для качелей, будет разлетаться красиво. Подразню тебя голыми ногами.

Ксюша едва не пела. На качелях она каталась давным–давно и сейчас буквально жаждала на них взобраться, даже побежала в нужную сторону. Но Сева был непреклонен.

— Так, качели – это позднее. Сейчас снимай обувь и топай в воду по щиколотку вон туда.

Команда раздавалась за командой, девушка послушно и с энтузиазмом становилась и так и эдак, садилась, нагибалась, склонялась, смеялась, делала задумчивый вид. Она смотрела пару сезонов шоу Тайры Бэнкс «Топ–модель по–американски» и сейчас постоянно вспоминала фразу «улыбайся глазами». И была уверена – почти все фото будут прекрасны. Да и разве может быть иначе? Ведь она счастлива как никогда, а это отражается и во взгляде, и в раскованных, свободных позах.

Сева здесь, с ней. Они вдвоём и только вдвоём. У него будут её фотографии, где она прекрасна, а не с намазанным толстым слоем крема носом или потным лицом, как вечно было в Таиланде.

И качели!

Она никогда раньше не каталась на качелях вдвоём с мужчиной. На ум сразу пришёл фильм «Королёк – птичка певчая», где Чалыкушу объяснялась в саду с Кямраном, раскачиваясь без устали. И это лишь добавило романтизма вечеру, а девушке – настроения. В книге сцена была ключевой и безумно волнительной, пропитанной чувствами и столь похожими на Ксюшины эмоциями. Можно было представить себя героиней книги. Но… она писала свою историю. И она будет не столь грустной, но с обязательным счастливым концом, пообещала себе девушка.

— Слушай, ты безумно фотогенична, – Сева пролистывал кадры, просматривая отснятое. – Думаю, процентов восемьдесят – более–менее приличные фото, что можно постить в инстаграм. А я тебе обработаю… Ну, тоже немало. Посмотрим. Всё, шуруй на качели, сядь, опусти ноги в воду, волосы вперёд, но не так, как в фильме «Звонок».