Книга Между морем и ветром, страница 61 – Ирина Коняева

И Ксюша до последнего ничего не подозревала, но вдруг услышала:

— Я в его присутствии вся горю. Знаешь, от него прямо веет мужественностью, силой, – девушка махала руками, прижимала их к груди, – настоящее такое животное начало, аж мурашки по коже! Так вот, после той встречи мы ещё виделись, обсуждали кое–какие детали, и он взял наш проект под личное кураторство! – торжествующе закончила подруга, будто последнее обстоятельство было предложением руки и сердца, а не рабочей обязанностью.

Ксюша почувствовала себя странно. Очень и очень странно. Почему–то в её голову даже мысль не закралась, что мужчина со столь редкими особенностями может оказаться кем–то другим, не Ярославом. И не подумала она, что между людьми, бывает, просто летают искры, тогда и мурашки по коже, и мужчина предстаёт в образе героя–любовника, от одного вида которого подгибаются колени. Нет, она на сто процентов была уверена в личности мужчины Юлькиной мечты.

Только вот… Что делать? Сказать или нет? И если сказать, то как?

Что бы там подруга ни говорила, со стороны интерес Ярослава к ней выглядел сугубо профессиональным. Деловой обед, пара встреч для уточнения деталей – ничто не указывало на его личное отношение. А вот с ней, с Ксюшей, он вёл себя совсем по–другому, явно демонстрируя мужскую заинтересованность.

«Но я не влюблена в него, а Юлька наоборот. Блин, но он ведь разобьёт ей сердце! Она не в его вкусе, не любит спорт, не готовит, а ему–то это всё важно! Зато она уйдёт от своего женатика. И похудеет, – искала положительное в непростой ситуации девушка, пытаясь определиться, как всё–таки поступить. – Нет, я не имею права утаивать наше знакомство и принимать за неё решения. Мало ли, вдруг она реально возьмёт себя в руки, похудеет, как мечтает, да и захомутает Ярослава? Почему нет? Юлька супер, она заслужила любого мужчину, которого только захочет. А я ей помогу. Да и у нас с Яриком ничего не было, даже не целовались».

На душе скреблись кошки, но Ксюша приняла решение сказать правду. Юлька была для неё слишком важна и не умела прощать.

— Как его зовут? – вопрос прозвучал несколько натянуто, но подруга не заметила.

— Ярослав, – подтвердила Юля самые страшные подозрения. – Такое красивое имя! Мне так нравится!

— Мы с ним знакомы, – не так безразлично, как ей того хотелось, сказала Ксюша. – Он живёт ровно под нами. Мы соседи.

Юлька никогда дурой не была. Даже во влюблённом состоянии сообразила, что что–то не так. Замерла. Напряглась. Посмотрела на лучшую подругу не подозрительно, но о-очень внимательно, едва не до костей просканировала. И этот прищур. Её тёплые шоколадно–карие глаза сейчас казались кубиками замороженной кока–колы, разве что зрачки оставались круглыми, а не вытянуто–змеиными.

— У тебя ведь есть Сева, – только и сказала она.

— С Севой у меня, похоже, всё, – глухим голосом ответила ей Ксюша. – Он уехал непонятно куда и непонятно на сколько, а мне ничего не сказал. Зато друзьям рассказал всем! Всем, кроме меня, понимаешь?

Ксюша резко переключилась на свои проблемы, напрочь позабыв о теме беседы. Обида комком стояла в горле и бесконечно подтачивала нервную систему, даже по ночам не было ей покоя – снились до боли реалистичные сны, где он раз за разом уходил от неё.

Слёзы хлынули таким потоком, что Юлька на секунду испугалась. Она видела подругу в любом виде, но этот солёный водопад лицезрела впервые.