Онлайн книга «Катамаран»
|
Ночные вахты были распределены по парам, смена каждые три часа. Составы пар изредка могли меняться (при недомогании члена экипажа или ещё по каким-то бытовым причинам), но это было то исключение, которое подтверждает общее правило. Эта система уже была выстрадана и проверена первыми днями экспедиции: 21:00-00:00: Александр и Татьяна. Самые спокойные и деловые часы. Они часто молчали, наслаждаясь тишиной и созерцанием звёздного неба. Иногда Таня рассказывала ему поморские легенды, а он – истории своего деда. Но чаще они просто молчали, и это не тяготило их. 00:00-03:00: Бьорн и Анна Мари. Самые трудные часы. Анна Мари героически боролась со сном и качкой, закутавшись в плед, но никогда не жаловалась. Бьорн, заметив её зелёный от усталости вид, как-то раз молча протянул ей термос с крепким чаем. Этот жест был для него высшей степенью участия. 03:00-06:00: Паоло и Иштван. «Мужская смена», как её называли. Паоло поддерживал бодрость духа бесконечными рассказами о Неаполе и рецептах итальянской кухни, а Иштван молча кивал, проверяя крепления и вслушиваясь в звуки двигателя. Лишь однажды он мягко, но решительно возразил итальянцу, выслушивая шутку про венгерский гуляш. 06:00-07:00: Самира и… кто угодно, кто проснётся, потому что Самира на вахте одна была опаснее шторма. Как-то раз она чуть не направила катамаран на огни встречного сухогруза, приняв их за «очень яркую и навязчивую звезду». После этого случая было принято соломоново решение: Самира несла вахту только в паре и под чутким руководством. Распределение обязанностей или «Кто есть кто в этом плавучем зверинце»: Паоло Моретти: Кок (ему больше нравилось – Шеф-повар), главный по провизии и воде. Он следил за провиантом, составлял меню и был душой камбуза. Его утро начиналось с инвентаризации холодильника и вдумчивого осмотра овощных сеток. Девушки помогали ему по очереди, что порождало бесконечные курьёзы. Самира как-то умудрилась посолить компот, приняв сахар за соль. «Это арабский рецепт! – пыталась оправдаться она. – Очень… освежающий!» Таня, с медицинской педантичностью, нарезала овощи идеальными кубиками, на что уходило около часа. Паоло стоял над душой, заламывал руки и причитал: «Боже, мы же не в операционной! Режь быстрее, они должны чувствовать страсть, а не стерильность! Это же кабачок, а не аппендикс!» Иштван Лингель: Главный механик, плотник и ответственный за плавучесть. Он был «отцом-конструктором» катамарана и относился к нему с трепетом и нежностью. Каждое утро он совершал обход обоих баллонов, простукивал их костяшками пальцев, как опытный терапевт, проверял герметичность сварных швов и крепления рамы. Мелкий ремонт, закрепление оторвавшихся снастей, починка всего, что ломалось – от дверцы шкафчика до заевшего лебёдочного механизма – это было его царство. Он же был главным по спуску и подъёму надувной лодки в портах для пополнения запасов. Его знаменитая фраза: «Тише, я слушаю сердцебиение корпуса!» – стала бортовым фольклором. Анна Мари Кусто: Штурман-стажёр, специалист по видеокамерам батискафа, главный биолог и хозяйка мини-оранжереи на катамаране. Она вела дневник наблюдений за морской флорой и фауной, отвечала за исправность оборудования кабины-батискафа, когда та была над поверхностью воды и за наличие зелени в их рационе питания (что всегда сопровождалось эмоциональными репликами Паоло). Если они погружались, именно она, дистанционно при помощи видеокамер, комментировала увиденное сквозь панорамные иллюминаторы-полусферы, за которыми разворачивался настоящий подводный балет: «Смотрите, стадия медузы-корнерота… А вот и косяк сардин, обратите внимание на их синхронность… Осторожно, внизу вижу электрического ската, лучше не приближаться, разряд может быть неприятным». Лилу, сидя у неё на плече, с интересом следила за проплывающими рыбами, иногда пытаясь поймать их через стекло. |