Книга Роковая монета, страница 2 – Наталья Николаевна Александрова

Ольга уловила ее расстроенный взгляд и подмигнула. Зачем отказывать себе в удовольствии, если все оплачено?

— Кофе? – спросил неслышно приблизившийся третий официант.

Обычно Мария отказывалась, мотивируя это тем, что не заснет, если выпьет крепкий кофе на ночь. Хотя какая же ночь? Всего десятый час. Для некоторых вечер только начинался. После ужина была предусмотрена обширная программа: казино, танцы, а можно просто посидеть в одном из четырех баров и выпить коктейль.

Мария тут же усмехнулась про себя: «Ага, обширная программа, только не для нее». Казино? Это просто смешно. Кроме того, что она никогда в жизни не играла и понятия не имела, как это делается, у нее попросту не было лишних денег. А вдруг она окажется азартной, как бабушка в «Игроке» Достоевского, и продует все, что у нее есть?

Да нет, конечно, она сможет держать себя в руках. Уж чего-чего, а выдержки у Марии хватало. И кто-то наверняка сможет ей объяснить, что надо делать. Но вот с деньгами действительно была беда. Она потратила их целую кучу на этот круиз, а зачем? Впервые в жизни ей захотелось сделать что-то для себя. Причем что-то совершенно бесполезное. Так и оказалось.

Круиз, конечно, поражал воображение, это не только Марии так казалось с непривычки. Огромный, шикарный лайнер: девять палуб, три бассейна, четыре ресторана, концертный зал и много других всевозможных развлечений. Обстановка в салонах очень дорогая, на столах – ценные декоративные вазы, по углам – статуи, на стенах картины, причем весьма ценные, как горделиво заметил капитан, проводя экскурсию по лайнеру. В кают-компании имелись даже два этюда кисти Пикассо. Мария в живописи не настолько хорошо разбиралась, чтобы подлинник от копии отличить, так что капитану поверила на слово.

Публика на лайнере собралась соответствующая. Команда была интернациональная, много испанцев и португальцев, стюарды – филиппинцы, официанты – греки и итальянцы, но все без исключения говорили по-английски.

Отчего же она, Мария, не могла отбросить все свои комплексы и просто радоваться жизни хотя бы эти несколько дней? Тем более что с языком у нее проблем не было.

Те же Игорь с Ольгой получали от путешествия несомненное удовольствие. Может быть, потому, что они вместе, а Мария одна? Но и Елена Юрьевна тоже путешествовала одна, а прекрасно себя чувствовала.

Мария перевела глаза на веселую вдову – так они с Глебом окрестили Елену Юрьевну. Та вполголоса что-то рассказывала Глебу, а он, заговорщицки улыбаясь, шептал ей что-то на ухо, в котором сиял приличных размеров бриллиант.

Показалось Марии или нет, что они посмотрели в ее сторону? Ну да, она-то думала, что Глеб только ей с юмором описывает присутствующих, думала, что между ними появилась какая-то незримая нить… А что, если у него это просто манера поддерживать развлекательную беседу и в эту минуту они с Еленой Юрьевной обсуждают ее, Марию? Вот интересно, что про нее можно сказать?

Унылая, будничная и скучная, как железнодорожное расписание, положенное на музыку. Возможно, веселой вдовушке понравится такая характеристика. Одета не только бедновато, но и тоскливо. В таком платье, что на ней сегодня, только в библиотеку ходить на какую-нибудь скучнейшую лекцию. В общем, вид – зануда обыкновенная, подвид – мымра академическая. Ну да, так и есть. Мария преподавала английский сначала в обычной школе, а потом много лет в университете. Не самая плохая, между прочим, работа.