Онлайн книга «Босс, наркоз и любопытный нос»
|
И пришел он в себя только глубокой ночью. Долго понять не мог, где он находится и что с ним случилось. А когда понял, сильно расстроился: комната-то заперта и опечатана, и впереди – три дня праздников… Позвонил он мне, а я – непосредственному начальнику майору Птицыну. Птицын, хоть и начальник, человек был неплохой. Но как услышал, что случилось, сильно рассердился. Потому что ему всего полгода до пенсии оставалось, и хотелось эти полгода дослужить без нареканий и неприятностей. А если подполковник узнает, какая у нас история приключилась – так не миновать всем головомойки, оправдает он свою фамилию… В общем, Птицын пар выпустил, подумал и приказал Васе сидеть в комнате до самого понедельника и не рыпаться. Так и просидел Василий, можно сказать, в одиночном заключении три дня. Правда, у него бутылка была из тайника, чтобы примириться с действительностью, и сухарей он нашел полпачки на закусь, но все равно удовольствие маленькое: у людей праздник, а он там один кукует, сухарями хрустит. И еще одна неприятность у него случилась: он с женой тогда в сложных отношениях был, а тут – ночевать не пришел и вообще три дня домой не являлся! Он, конечно, утром жене позвонил, рассказал, как дело вышло, да только она ему не поверила. «Можешь, – говорит, – после этого домой не возвращаться! Оставайся у той потаскухи, у которой ночевал!» Мы с Птицыным ей после тоже звонили, Васины слова подтвердили – но она и нам не поверила. «Вы, – говорит, – мужики, все козлы и кобели, вечно друг дружку выгораживаете». Так что Васина семейная жизнь после того корпоратива пошла прахом, а сам Вася на меня затаил обиду. Хотя не сказать, что это исключительно моя вина была, если бы не стал он тогда пить из заначенной бутылки – ничего бы и не было… — Не пора ли перейти к делу? – прервала Надежда воспоминания старого мента. – Я понимаю, что вам хочется поговорить, но у меня, между прочим, семья! — А я как раз и перехожу к делу! – заверил ее Фалалеев. – Короче, понял я, что на Василия рассчитывать не приходится, ничего он для меня не станет делать, а если услышит про тот тайник за батареей – так вовсе слетит с катушек. Единственное, спросил я его, не знает ли Василий, где сейчас мой знакомый медэксперт, работает ли он по-прежнему в нашем отделении. А то, говорю, что-то его мобильный не отвечает. А Василий мне на это с явным удовольствием говорит: — Неудивительно, что его мобильный не отвечает. Он его наверняка давно уже пропил или потерял по пьяному делу. — Как так, – говорю. – Да он и не пил никогда! — Это раньше он не пил, а после того, как тебя уволили, он тоже недолго продержался. Привязалось к нему начальство – то за одно взгреет, то за другое, а потом проверили его рабочий стол и нашли там пакетик с амфетамином. Ну и пригрозили: или пойдешь под суд за хранение наркотика, или увольняйся! Он уволился, долго искал работу, а его никуда не брали. Видно, начальство наше постаралось. В конце концов, с трудом пристроился в морг. И от расстройства, что ли, запил. А там, в морге, со спиртным проблем нет, он совсем сошел с круга. По пьяному делу покойников перепутал. Главное, какую-то большую шишку хоронили, а он вместо него бомжа бесхозного положил. Тогда уже тамошнее начальство его пригрозило по статье уволить. А ему деваться некуда – упросил оставить там же простым санитаром. Так теперь и работает… |