Онлайн книга «Мальтийский крест Павла Первого»
|
Сняв трубку, поднес ее к уху и проговорил: — Да, Шурик! Приплывал твой парень, принес посылку… Однако в трубке раздался удивленный женский голос: — Какой Шурик? Какую посылку? Вы меня, наверное, с кем-то перепутали. Это Леокадия Львовна из Михайловского замка. Мы с вами встречались на… месте преступления. — Ох, извините, я действительно ошибся… здравствуйте, Леокадия Львовна! Вы мне что-то хотели сообщить? — Да, хотела… вообще-то я хотела, чтобы вы к нам приехали. И чем скорее, тем лучше. — А в чем дело? Что-то случилось? — Случилось… нашелся Костя Бабочкин. Вернулся, и сейчас сидит у меня в кабинете. И я с ним не могу сладить. — Бабочкин? — переспросил Муравьев. — Какой Бабочкин? И тут же он вспомнил, что так звали специалиста по восковым фигурам, который руководил созданием композиции в спальне несчастного императора и который после этого бесследно пропал в Сибири, в поселке Березово… Может быть, сейчас в его расследовании произойдет прорыв? Может быть, Бабочкин расскажет что-то очень важное? — Никуда его не отпускайте! — выпалил в трубку Муравьев. — Я к вам сейчас приеду! — Да он и сам никуда не денется! — с тяжелым вздохом ответила Леокадия Львовна. Через полчаса Муравьев уже влетел в тесный кабинетик Леокадии Львовны. Сейчас там было еще более тесно, чем обычно, потому что за столом хозяйки вольготно развалился крупный белобрысый мужчина в свитере с вывязанными на нем северными оленями. От него ощутимо несло перегаром, что еще усиливало ощущение тесноты. Под левым глазом у него красовался лиловеющий синяк, а в глазах плескалась неизбывная печаль. Сама Леокадия сидела в уголке на табуретке и печально взирала на своего гостя. При появлении Муравьева она облегченно вздохнула и проговорила: — Ну слава богу, вы приехали, а то я уже не знала, что с ним делать! Вот, прошу любить и жаловать, это создание — Константин Бабочкин. А это, Костя, Андрей Васильевич Муравьев, он из полиции… — Петрович, — поправил ее Муравьев, — впрочем, это не важно. Можно и без отчества. — Андрей, — Бабочкин тут же развернулся к нему всем телом. — Ну ты-то со мной выпьешь? А то она, Леокадия, не соглашается, а одному пить, конечно, можно, но это уже крайняя степень падения… Тут же он откуда-то извлек фляжку и придвинул Муравьеву стакан. — Нет-нет! — Муравьев накрыл стакан ладонью. — Мне нельзя, я на службе! — Мы все на службе, — немного заплетающимся языком ответил Бабочкин. — Ибо вся наша жизнь — служение… музам, или обществу, или еще кому-нибудь… Он отодвинул ладонь Муравьева, наклонил над стаканом фляжку, но из нее скатилась только одинокая капля. — Опа! — разочарованно воскликнул Бабочкин. — А оно кончилось! Как же теперь жить? — Константин! — воззвал к нему Муравьев. — Извольте объясниться. Куда вы пропали? Что с вами случилось в Березове? Вас там безуспешно ждал водитель… — Березово! — повторил Бабочкин за полицейским, и лицо его перекосилось страданием. — Не говорите мне о нем! — Но мне необходимо знать! Я, между прочим, расследую серьезное преступление. Убийство. И я обязан взять у вас показания. А вы обязаны мне их дать. — А смысл? — воскликнул Бабочкин тоном провинциального трагика. — Все равно моя жизнь кончена! — Да почему же вдруг? Вы еще молодой, здоровый человек, у вас хорошая профессия, у вас вся жизнь впереди… |