Книга Негламурное ток-шоу, страница 127 – Елена Гордина

— Я Ларочку видела, — начала я издалека. — Что с ней случилось?

— А ты не знаешь? — обрадовалась Таня. Она с удовольствием рассказывала мне о чужих бедах, немного отвлекшись от своих неприятностей. — У Квариной муж умер в больнице, что-то там у него воспалилось. Врачи спасти не смогли, он же старый уже был, да и пил много. Буквально после похорон выяснилось, что у Кварина большие долги, на которые раньше все глаза закрывали, а теперь с Ларочки требовать начали. Ты же знаешь, эту дрянь полгорода ненавидело, ну вот и отыгрались. Она почти все продала: и машины, и дачу, сидит сейчас дома одна и пьет по-черному. А когда деньги кончатся, не знаю, что делать станет…

— Понятно, — я вздохнула. — Что еще? Как телекомпания «Родник» поживает?

Я вспомнила свой последний визит в город.

— «Родник»? Так они обанкротились почти год назад, их закрыли давно. Девчонки дома сидят, там у них менеджер была, Татьяна, ты ее, наверное, не знаешь, так вот она на рынке рыбками торгует. В принципе все нормально, а ты-то как? Опять вернулась? Я же говорила тебе, что чудес не бывает, а ты мне не верила.

— Почему? — я улыбнулась в трубку, как будто Таня могла меня увидеть. — Чудеса бывают, правда, их надо заслужить. У меня прекрасный муж, я на третьем месяце беременности…

— Да? — в голосе послышались завистливые нотки. — И кто он?

— Павел? Хороший человек.

— А живете вы где? Наверное, квартиру в Москве снимаете, так и будете всю жизнь по квартирам мотаться, да еще и с ребенком. Там же жилье не купить, дорого.

— У нас квартира на Ордынке.

— Да? — Таня выразительно вздохнула. — А ты так и сидишь дома? Да?

— Почему? У меня авторская программа на кабельном про женщин, которые всего добились сами. Сами. Без постели, папиков и интриг. Мне неплохо платят плюс я регулярно печатаюсь в женских журналах. Пишу статьи про своих героинь.

— Да? А муж — альфонс?

— Павел? Павел — топ-менеджер в нефтяной компании. Ты чего такая грустная?

— Устала что-то я, — Таня вздохнула. — Ну, рада была поговорить. — И она повесила трубку. К счастью, у других моих знакомых дела шли куда лучше и вдоволь, наобщавшись, я успокоилась.

Рано утром мы с Пашей съездили на кладбище и положили цветы на могилы Максима и Маши. Я смотрела на фотографии сестры и мужа и понимала, что больше не держу на них зла. Все действительно прошло, я их простила.

— Прощайте, мои родные! — едва слышно попрощалась я с ними и ушла прочь легкой походкой, держа под руку любимого мужа.

Уже в аэропорту мы с Пашей зашли в кафе, чтобы выпить кофе.

Прямо возле двери за столиком сидел Костя с пожилой блондинкой. Он гладил ее по щеке и вяло бормотал:

— Одиночество я ощущаю как пустоту в руках, иногда мне кажется…

Я прижалась к мужу, едва не расплескав кофе.

— Я такая счастливая, я так тебя люблю!

— Я тоже, малыш! — Павел удивился такому внезапному порыву, он притянул меня к себе и нежно поцеловал. — Я тоже!

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.