Книга Шок-контент, страница 32 – Елена Гордина

А Катя буквально без сил упала на диван в гостиной и закрыла глаза, у нее до сих пор дрожали руки, хотя все хорошо кончилось.

— А ты чего в темноте сидишь? – Павел вошел в комнату и включил свет. – Рано темнеть стало, сейчас сколько времени?

Катя посмотрела на часы:

— Около шести…

— А где Игорь? – Катерина побледнела, занятия заканчивались в три часа дня, сын уже два часа как должен быть дома. И он к тому же не позвонил ей, что вышел из школы, с этой суетой в больнице она совсем забыла о старшем сыне.

Павел сел рядом на диван, Катерина видела, что муж нервничает, но старается не подавать виду.

— Набери его, – попросил он.

Катерина схватила сотовый, и тут она вспомнила, что Игорь ей и утром сегодня не позвонил, не сообщил о том, что вообще пришел в школу.

— О, господи! – Она набрала старшего сына. – Телефон «абонента выключен или временно недоступен».

— Паша! – закричала Катерина. – У него сотовый выключен! А он никогда не выключал сотовый! Я ему сто раз говорила, что телефон нельзя отключать!

— Подожди, – Павел сильно побледнел, – я сейчас его классному руководителю позвоню. Алло? Елена Анатольевна? Это папа Игоря Данилова, да, он сегодня в школе был? Как не был?

Катерина вскрикнула и в ужасе закрыла лицо руками.

— Но почему вы мне или жене не позвонили, что ребенок в школу не пришел? Думали, заболел…

Павел прекратил разговор и посмотрел на Катерину:

— Я в полицию, ты звони в поисковый отряд, потом снова Елене Анатольевне, пусть обзвонят всех его одноклассников. Я потом не вернусь домой, буду обходить все подъезды, стройки рядом со школой и домом. Сейчас позвоню друзьям, может, помогут…

А Катерина трясущимися руками уже набирала классного руководителя.

Она вернулась домой, когда за окном уже плотным слоем лежал снег. Теперь у Варвары в животе была установлена стома и калоприемник, а руки все так же не шевелились, не говоря уже про ноги. Теперь опять требовался длительный период реабилитации после удаления части кишечника, поэтому плановую операцию на верхний отдел позвоночника снова перенесли на неопределенный срок.

Дома с ней теперь никто не разговаривал, мать молча ее кормила, мыла стому, протирала пролежни камфорным маслом, меняла подгузник, но все время молчала. Молчала и Варвара, после этой неожиданной операции она окончательно утратила веру в свое выздоровление и ждала конца. Варю перенесли из комнаты Марии, чему та была несказанно рада, прямо в крохотный коридор и положили на раскладушку. Голова Варвары теперь почти касалась двери туалета, а ноги едва не доставали до входной двери. Вся семья старалась как можно реже выходить из своих комнат, мать даже готовить начала по ночам, лишь бы не смотреть на Варю. Все ждали логичного конца этой истории, и все без исключения хотели, чтобы развязка наступила как можно раньше.

Мать теперь давала ей сильные антидепрессанты, поэтому Варвара почти все время спала, а в то время, что бодрствовала, почти ничего не соображала.

Сегодня утром Варя проснулась и, на удивление, поняла, что голова у нее не такая тяжелая, как обычно, и что она даже может соображать.

Из комнаты родителей доносились истеричные крики:

— У Марии положительный тест на коронавирус! – почти визжал Алексей Геннадьевич. – Нам надо срочно уезжать на дачу, пока мы с тобой не заразились!