Книга Детектив в маске, страница 17 – Татьяна Гармаш-Роффе, Анна и Сергей Литвиновы, Дарья Калинина, и др.

Задрав головы, мы с Коляном остановились во дворе. Мечущаяся по балкону бабка на фоне освещенного окна за спиной сама походила на злобную чертовку.

— У нас среди детских карнавальных нарядов ничего медицинского нет? – на всякий случай уточнила я у супруга.

— Был костюм Айболита, но там халатик с шапочкой, и они очень маленького размера, – ответил Колян, абсолютно правильно поняв, о чем я думаю. – Это не Колюшка, наверное, действительно к кому-то врач приходил.

— Если бабка выяснит – к кому, с нее станется и квартиру поджечь, чтобы убить заразу вместе с больными, – опасливо пробормотала я.

— Петровна, харэ орать уже! – первым не выдержал Василий Челышев. – Не было никакой «Скорой», ты бредишь! У меня шлагбаум прямо под окном, никто чужой не проезжал, и открывать не просили!

— Значит, он без машины пришел, просто так, на своих двоих! – парировала неугомонная старуха. – Сам ты бредишь, алкаш несчастный, я этого врача своими глазами видела! В защитном костюме, в маске, в очках, в перчатках, с чемоданчиком в руке!

Из дальнейшего рассказа бабки выяснилось, что видела она врача не с балкона, а совсем близко, поскольку столкнулась с ним в подъезде. Бабка шла вниз, врач – вверх, встретились они на нижнем марше лестницы на полпути между почтовыми ящиками и площадкой первого этажа, и встреча эта их так напугала, что оба, как выразилась бабка, «дико шуганулись». Врач распластался по стеночке, Петровна влипла в перила, так они и расползлись в противоположных направлениях. И бабка, страшно опасающаяся заразы, настолько переволновалась, что не пронаблюдала, в какую квартиру проследовал пугающе экипированный врач. Думаю, она бы подожгла весь подъезд, если бы в нем не находилась ее собственная квартира. Лишаться единственного жилья бабуся не хотела и потому требовала, чтобы соседи сами честно признались, кто из них болен. Зная, на что способна бабка Плужникова, все осмотрительно помалкивали.

— Ну, нас-то это не касается, мы в другом подъезде живем, – сказал Колян и потянул меня к нашему крыльцу.

— Погоди, – я мягко высвободила руку и всмотрелась в чужие окна. – Элина Абрамовна, что думаете?

Я была уверена, что жизнерадостная мадам Фунтова предложит вызвать «Скорую» персонально бабуле Плужниковой, потому как ту явно уже надо было лечить, хотя и не от коронавируса. Но Элина Абрамовна не стала озвучивать очевидное, а только громко фыркнула и отошла от окна. Фигура в ослепительно-золотом халате канула вглубь комнаты, и вскоре послышалось пение: неунывающая Элина Абрамовна исполняла что-то бодрое и мною не опознанное. Зато в окошко высунулась Настя и громко, перекрикивая арию бабушки, сказала:

— Люди, делать вам нечего! – после чего со стуком закрыла окно и тоже удалилась.

— В самом деле, пошли-ка ужин готовить! – Я опомнилась и позволила супругу увлечь меня в родные пенаты.

Пока я жарила котлеты, мой телефон пищал, как голодный котенок: настойчиво, жалобно и так противно, что невозможно было не реагировать. Неугомонная бабка Плужникова без устали строчила в домашний чат.

Потом раздался звонок.

— Привет, – уныло сказала Марина Лосева. – Не знаю, что делать, хочу посоветоваться. Вот знала же, что так и будет, чтоб ее, эту Плужникову, приподняло и шлепнуло!

— Светлану Петровну этим не проймешь, ее и танком не остановишь, – хмыкнула я. – Хотя ты, как управдом, все же имеешь на нее влияние.