Книга Детектив в маске, страница 93 – Татьяна Гармаш-Роффе, Анна и Сергей Литвиновы, Дарья Калинина, и др.

— Может, и не золото. Но всё равно очень красивое.

— А ещё я телефон разбил. – Он повесил голову.

— Не разбил. – Её глаза сияли. – У него только защитное стекло треснуло. Новое поставим. На, держи.

И протянула ему аппарат.

— Ты была у Щербатого в доме? – изумился Андрей.

— Да, – приосанилась мама. – Вместе с хозяином ходили. С привидением заодно разобрались. Это местный алкаш. Он там спал, а ты спугнул его, когда клад искал.

— Блин. Просто алкаш? А я испугался, – честно признался мальчик.

— Да я уж поняла, что испугался. Раз бежать бросился через лес, – усмехнулась она. – Как ты не заблудился?

— Ориентироваться теперь умею, – похвастался он. – По звёздам. И ещё знаю: где чайки кричат, там и озеро. Поэтому быстро вышел. Только ноги опять промочил. А носков нету.

— Ничего. Завтра постираем. Снимай мокрые. И давай сюда водку! – велела она.

— Напиться решила?

— Пока нет. Пятки тебе разотру. Коронавирус кругом, больницы переполнены. Болеть нельзя. Да и некогда. На Селигере кладов ещё много. Надо их все найти.

Она уже обещала ему: искать приключения вместе и вообще жить его жизнью.

Но сейчас Андрей взглянул в её лицо и понял: мама больше не обманет.

А старуха-соседка стояла у забора, смотрела в незашторенное окошко москвичей и улыбалась.

Когда делала тайник, планировала найти клад вместе с юным соседом. Но когда мальчик сбежал из дома, пришлось срочно всё переигрывать. Но в итоге даже лучше получилось.

И мамаша, небось, теперь задумается.

Только пацан расстроится, когда узнает, что блюдо не золотое.

Верба нетерпеливо била копытом в стойле. Это означало, что ей пора задать овса, принести пару ведер чистой воды, потом вывести из сарая и отпустить пастись во дворе, привязав предварительно к дереву, а за время такой импровизированной «прогулки» вычистить сарай, служивший Вербе денником.

Вообще-то еще совсем недавно, в прошлой жизни, у Вербы был самый настоящий денник и ухаживающий за ней берейтор, и гулять она могла на настоящей леваде, и тренироваться на кортах с препятствиями. Да и хозяин у Вербы был совсем другой, не чета Мусе.

По крайней мере, он мог себе позволить содержать лошадь на территории конно-спортивного клуба «Галактика». Муся подрабатывала в «Галактике» фотографом. Там они с Вербой и познакомились. Муся всегда подкармливала Вербу сахаром и мякишем белой булки, а Верба при ее приближении втягивала воздух раздувающимися ноздрями и довольно фыркала.

Владельца Вербы Игоря Петрова Муся знала плохо, потому что приезжал он в клуб только по субботам и на девушку-фотографа внимания не обращал, словно она была частью окружающей обстановки. Да и Мусе, признаться, не было до него никакого дела, пока Петрова не убили.

Как это случилось, Муся не знала, просто однажды услышала, что жена Петрова больше не хочет платить за содержание Вербы, вот и все. Точнее, вдова Петрова, разумеется.

Продать лошадь до вступления в права наследования вдовица не могла, платить за постой не хотела. Муся сама слышала, как директор клуба с вдовой орали друг на друга по телефону, а Верба стояла рядом, кося глазом из-под челки. Муся тогда подошла ближе, и лошадь доверчиво ткнулась ей в щеку мягкой, словно плюшевой мордой с влажными губами.

Выглядела она, как и положено выглядеть существу, у которого летит под откос вся налаженная жизнь, а будущее неопределенно и страшит неизвестностью. Муся и сама выглядела точно так же.