Книга Миг счастья ускользающий, страница 118 – Татьяна Бочарова

— Я вас слушаю, молодой человек.

— Проблема вот в чем, – деловито произнес Денис. – Я уговариваю мою девушку выйти за меня замуж. А она не соглашается.

— Может, она вас не любит?

— Любит. Ее заморачивает, что она старше. Совсем ненамного.

Тетка посмотрела на Лену пристальней. Под ее взглядом та невольно опустила глаза.

— Лет на восемь, – определила пожилая. Уголки ее сухих, бесцветных губ слегка дрогнули.

— Точно, на восемь, – радостно подтвердил Денис.

«Кретин! – мысленно выругалась Лена. – Обормот несчастный!»

Темные усталые глаза женщины, утонувшие в припухлых складках век, неожиданно ожили, в них зажегся веселый огонек.

— Милая, ну и что с того? – проговорила она, заглядывая Лене в лицо. – Сейчас это даже модно. Раньше – да, такое осуждалось, а теперь другие времена. Я вам больше скажу, – лицо пожилой и вовсе расцвело в широкой улыбке, – у меня самой зять дочки на пять лет моложе. Когда женились, я, грешным делом, всплакнула. Думала, не будет им жизни, разбегутся через год-другой. А они нет, живут! Душа в душу, вот уже шестой год пошел. Внучку мне народили, Глашеньку. За ней и еду сейчас, на дачу к себе забрать хочу.

Лена смотрела на женщину и молча кивала. Денис стоял рядом. Вид у него был чрезвычайно довольный и даже торжествующий.

— Так что не сомневайтесь, – закончила пассажирка, – любите друг друга, ну и женитесь себе на здоровье. Детишек вам побольше.

— Детишки – это непременно, – ухмыляясь, заверил Денис.

Лена незаметно показала ему кулак.

Пожилая отошла на свое место. Он плюхнулся на скамейку и уронил руки между коленями, сцепив пальцы.

— Ну, доказал я тебе?

Лена молча смотрела в окно, на проплывающие мимо низенькие деревенские домишки.

— Хорошо. Я готов подождать. Чуть-чуть, до сегодняшней ночи.

Она поморщилась.

— Какой же ты все-таки пошляк.

Денис резко повернулся, обхватил ее за плечи.

— Пусть пошляк. Пусть! Я все равно тебя уговорю! Слышишь, все равно!

— Да успокойся ты, – проговорила Лена ровным, терпеливым тоном, каким уговаривают балованного ребенка съесть кашку. – Успокойся. Уже уговорил.

— Правда? – Его лицо озарилось такой искренней неподдельной радостью, что она почувствовала, как ей становится все безразлично.

Плевать! Пусть все катится к черту, в тартарары! Она не может без него. Не может! Никакая она ему не мать, а обыкновенная женщина, влюбленная как кошка. Она поедет за ним куда угодно – хоть в Африку, хоть на Северный полюс. Даже на Марс полетит, только там, кажется, нет атмосферы.

— Успокойся, – повторила Лена с улыбкой, – поеду я в твой Козлянск. Куда захочешь. Ты еще не будешь знать, как от меня избавиться.

Денис засмеялся.

— Зачем мне от тебя избавляться? Будешь читать мне нотации с утра до вечера, у тебя это здорово получается.

…Электричка ползла и ползла, даром что следовала почти без остановок. То и дело притормаживала, подолгу плелась то на одном перегоне, то на другом, а то и вовсе прекращала двигаться и пыхтела себе на месте, дожидаясь зеленого сигнала светофора.

Ближе к Москве в вагон набилась прорва народу, стало шумно, тесно, из тамбура потянуло табачным дымом. Лена уже десять раз прокляла свою идею с поездкой на пляж и не чаяла добраться до дому. Ее мучил страх, как бы Денису снова не стало худо в жаре и сигаретном чаду.