Книга Нежная ночь Ривьеры, страница 29 – Наталья Барабаш

Он подскочил к двери. И вместе с Зельдой замер в проходе.

Сара чувствовала такую неловкость, будто застала Фицджеральдов не за ссорой, а за занятиями любовью. Впрочем, похоже, для этой пары такие драмы были вроде предварительных ласк.

После вспышки ненависти обычно у них наступал период нежной любви.

— Друзья! – первым пришел в себя Скотт. – Как я рад, что вы пришли! Виноват, перед всеми виноват! Проходите, расскажите же мне наконец, что такого я выкинул! Подозреваю, что-то совсем ужасное!

И ласково улыбнулся Саре:

— Не смотри на меня так! Ты же знаешь – пьяный не соображаю, что творю. Но до завтрака я всегда в порядке!

Скотт трезвый и Скотт пьяный действительно были два разных человека. Насколько отвратителен казался Фицджеральд, набравшийся виски, настолько же он, лишившись выпивки, был притягательно-обаятелен, мил, заботлив. И еще очень красив. Лицо античного златовласого бога. Мускулистая фигура. Один из приятелей так про Фица и сказал: прекрасно вылепленная голова на теле портового грузчика.

Сара лукаво подумала: если бы он оставался трезвым хотя бы несколько дней в неделю, перед ним трудно было бы устоять.

— Проходите, что же вы! – Зельда опять превратилась в красивую кошечку, кокетливо поправила ленточку на плече, пнула стоящий на дороге чемодан и скомандовала Скотту: – Может быть, ты предложишь гостям что-нибудь посущественней своих дурацких извинений?

— Конечно, предложу. Только сам пить не буду. Надо когда-то и работать, – неуверенно начал Фиц. Но Зельда его перебила:

— Ты опять? А мне что делать? Смотреть, как ты, выкатив глаза, разглядываешь чистый лист бумаги?! Роман нельзя высидеть, как курица яйцо. Может, ты сначала придумаешь, что тебе писать?

— Не трогай его, пусть работает! Мы отлично развлечемся без него! – нарочитым театральным шепотом просвистел на ухо Зельде Джеральд, и Сара отметила, как его взгляд задержался на ее загорелом голом плече.

Через час, выпив вместе с неустоявшим Фицем шампанского и по паре коктейлей, они веселой компанией уже грузились в желтое авто Мэрфи, составляя план на вечер. Он не слишком отличался от других вечеров.

— Поехали ужинать в Ниццу! – предложил Джеральд, пытаясь завести истошно кашляющую машину.

— По-моему, твой лимузин подхватил испанку. Как бы нас не заразил! – фыркнул Скотт, распахивая перед Зельдой заднюю дверцу и усаживаясь рядом. И тут же похлопал Джеральда по плечу: – Отличная идея, едем! Слышали, сюда на днях прибыла Айседора Дункан? Говорят, остановилась в Ницце.

— Наверное, хочет пересадить себе матку обезьяны. У этого, как его… профессора Воронофф! – неожиданно зло выпалила Зельда.

Сара с Джеральдом переглянулись. Они так и не сказали друзьям о странном приглашении. А Зельда продолжила, развернувшись к Скотту – в коротеньком платьице-матроске она была похожа на невинную гимназистку в воображении пылких юнцов:

— Скучаешь по ней? Ведь этой старушке ты писал записочки всего через год, как мы поженились?

Сара заглянула ей в глаза – и вздрогнула.

Вот что ее беспокоило: Зельда! Подмеченный еще вчера у окна ее возбужденно-блестящий, подозрительный, магнитом затягивающий в себя взгляд.

Как бы не повторилась ужасная прошлогодняя история…

(год назад)

— Ну давай, Зельда, ходи! Передвигай ноги! Шажок, еще шажок! – Сара крепко держала Зельду за талию, приобняв за плечи. Но та все равно то и дело грузно валилась набок, рискуя увлечь Сару за собой. А ведь казалась такой воздушно-невесомой. Но когда Скотт или Джеральд пытались ей помочь, Зельда в гневе отталкивала их руки.