Книга Территория без возврата, страница 53 – Альбина Нурисламова

Б. А. — Как выглядит ПП «Маяк»?

А. К. — Этого мы вам пока рассказать не можем. Но еще немного — и вы все увидите своими глазами.

Б. А. — Хорошо, понимаю. Итак, в реестре профессий появится еще одна — Охотник.

А. К. — Видимо, да.

Б. А. — И, как первый Охотник-Испытатель, если так можно выразиться, кого же вы будете искать в Пространственной Зоне, Алекс? Одного из тех двоих пропавших, которых угораздило остаться там?»

Боль постепенно нарастала. Алекс давил ее в себе изо всех сил, пытался загнать внутрь, не обращать внимания, но это удавалось все хуже. Если мерить происходящее обычными земными мерками, Алекс находился в Пространственной Зоне уже семь суток и десять часов, которые растянулись, превратившись в года…

Еще пару часов назад дискомфорт был почти незаметен, но теперь голова готова была лопнуть от боли, вдобавок его трясло от слабости, накатывали волны тошноты, ломило мышцы, ныли зубы… Алекс плохо соображал, перед глазами повисла красная пелена.

В снаряжение Охотника входила аптечка, где было множество препаратов, которые могли понадобится сотруднику, отправляющемуся в Пространственную Зону. Среди лекарств были сильные обезболивающие, и Алекс принял пару пилюль, надеясь, что они подействуют, хотя и знал, что это бесполезно. Так и оказалось: таблетки не помогли.

Хуже физической боли были только душевные муки. Хотелось выть от острой тоски и безнадежности — теперь Алекс понимал, что толкает самоубийц из окон, заставляет резать вены, ненавидя себя и свою жизнь.

Но самое парадоксальное, что все эти ощущения были, в общем-то, хорошим знаком. Пока он испытывал их, жива была надежда найти Кайру. Алекс знал: как только мучения прекратятся, вместе с ними закончится все. Ничего не останется, кроме как признать, что ничего не получилось. Признать — и вернуться.

Боль будет грызть и терзать его тело и душу еще четырнадцать часов. А после она сгинет без следа, и придется включить ПП «Маяк». Ничего другого не останется.

Но пока шанс был. Сигнал пробивался сквозь волны отчаяния и страха. Он чувствовал его — и шел за ним, шел по следу, как гончая собака.

Как хищник. Как Охотник.

Ему вспомнилась та съемка на телевидении — одна из последних, та передача, в которой они снимались вместе с Саймоном. Этот Бромден Ауэ — очаровашка с акульей улыбкой, любимец Америки, поначалу казался Алексу напыщенным болваном. Потом, правда, выяснилось, что не так уж он и глуп, но все равно особой симпатии этот человек у Алекса не вызывал.

Так вот, тогда, во время эфира, они с Саймоном лгали. И ведущему, и всем зрителям. Они не сказали, что представляет собою ПП «Маяк» на самом деле. Та небольшая коробочка (меньше по размеру, чем стандартный проектор), которая сейчас лежала у него в рюкзаке, могла переправить и Охотника, и найденного им «потеряшку» в одно из помещений специально созданного центра под названием «Возвращение». Но никаких поисковых функций у нее не было.

Поисковой машиной, если можно так выразиться, был сам Охотник. Точно так же, как клиентам центров «Пространство» вживлялся под кожу «кошачий глаз», в Охотника впрыскивали субстанцию, которая активизировалась в Пространственной Зоне.

А дальше Охотнику следовало открыть капсулу, где хранился биоматериал человека, которого надлежит отыскать, и поднести к носу. Запах, который мог быть слабым, неуловимым для обычного человека в условиях реальности, запечатлевался в обонянии, в мозгу, превращался в импульс, сигнал, и Охотник шел туда, куда его тянуло.