Книга Время кошмаров, страница 55 – Альбина Нурисламова

Как когда-то никому не было дела до страданий Валерика.

Полночь. Электронные часы показали четыре ноля, а потом начался отсчет нового дня. Диме все же удалось шагнуть в него! А может, удастся и пережить?

Свет погас во всей квартире одновременно. Ни единого лучика ни с одной стороны — хоть глаз коли. Холодильник захлебнулся на половине оборота: тишина, как и тьма, стала полной и плотной.

И в этой тишине, совсем рядом раздался знакомый уже высокий, звонкий, холодный голос, в котором не было намека на живое, человеческое чувство.

— Вот и я.

Алчность — вот что в нем слышалось. Алчность и голод.

На Диму пахнуло отвратительным смрадом. Это был сладковатый удушливый запах разложения, сырой земли, гниющей плоти. Существо, что пришло за ним, выбралось из могилы и теперь стояло в двух шагах, готовое наброситься.

Рука Димы метнулась к нательному крестику. Схватив его, но не почувствовав желанного спокойствия, он ответил:

— Я знаю, кто ты и как умер. Знаю, что ты убил много людей, и знаю, почему. Тебя предали все, даже мать. Вот потому ты и мстишь им.

Лампа под нелепым абажуром, что стояла в углу комнаты, вдруг затрещала, замигала и засветилась слабым желтоватым светом.

В этом призрачном свечении Дима увидел в метре от себя невысокую фигурку. Существо лишь отдаленно напоминало мальчика, которого Дима сегодня видел на фотографии. Когда-то милые детские черты исказила злоба. Волосы свалялись, кожа местами слезла, глаза провалились в глазницы и сияли красноватым блеском. Черные губы кривились в усмешке. Темный костюмчик вымазан в земле.

Адское создание облизнуло губы.

— Хорошо. Значит, ты знаешь, как сильно я голоден.

— Я не бросал тебя умирать. — Смотреть было невыносимо, но Дима заставлял себя не отводить взгляда. — Я не такой, как они. Хотел помочь, пошел туда, где ты жил. В чем я виноват?

Ему показалось, или в глазах существа промелькнула неуверенность?

— Ты просил найти маму, но ведь и сам знаешь, где она. На кладбище. Ты убил ее, отомстил. Всем отомстил. Зачем же продолжаешь приходить?

— Потому что голод не пропадает. Он становится только сильнее.

— Ты не можешь уйти?

Существо зашлось булькающим смехом:

— Начитался книг о неприкаянных душах? Собрался помочь?

Дима не знал, что ответить, но ответа и не потребовалось.

Жуткое создание с неожиданным проворством подскочило к нему, приблизило лицо к его лицу. Запах гнили стал удушающим, и Дима подумал, что теряет сознание. Ночной гость вцепился в его руки. Пальцы его были ледяными и твердыми, как тиски, и Диму будто парализовало. Холод разлился по венам, вымораживая внутренности. Он хотел вырваться из стального захвата, но ничего не получилось.

«Оно сейчас сожрет меня», — мысль пришла и ушла. Дима утратил способность бояться, как потерял и волю к сопротивлению.

— Нет, — прошептал ему на ухо тот, кто прежде был невинным ребенком, убитым равнодушием взрослых. — Я не съем тебя. Ты был прав. Ты единственный, кто захотел помочь. Поэтому теперь ты будешь есть. Мы будем делать это вместе.

Дима хотел закричать, но горло сжалось.

«Я не хочу!» — Такова была его последняя самостоятельная мысль.

Но она уже не имела значения.

… Утром следующего дня хозяева квартиры вернулись домой. Дядя Костя затащил в прихожую тяжелые чемоданы. Тетя Зоя, на ходу сбросив сапоги, ринулась инспектировать квартиру. Их племенник стоял тут же.