Книга Волчий остров, страница 67 – Альбина Нурисламова

Наконец приехали, минут двадцать потребовалось.

Деревня, как ни странно, умирающей вовсе не выглядела. Дома крепкие, палисадники аккуратные, скамеечки у ворот, заборы ровные, два магазина и аптека.

— Можно жить, – сказал Марат. – Идиллия.

— Можно жить, если с тоски не помрешь, – отозвалась Инга, вытащив из ушей наушники.

Мне было неприятно это слышать. И сама Инга была неприятна: слишком манерная, надменная. Слова цедит, глаза закатывает, к месту и не к месту со своим мнением высовывается. Если бы Марат не влюбился в нее, не начал с ней встречаться, я бы с такой курицей никогда не стал общаться. А теперь приходилось.

— Где твои палаты царские? – спросил меня Вовчик. – Куда ехать?

Я сказал, что надо свернуть с главной улицы налево и проехать до самого конца. Дом деда и бабушки стоит на краю деревни, дальше – опушка леса, а за лесом – озеро. Я не скучал по деревне, думать о ней забыл, но все же, когда мы подъезжали к старому дому, где прошли первые семь лет моей жизни, сердце затрепетало. Неожиданно вспомнилось, что бабушка называла меня «Соловушкой» и пекла тонкие до прозрачности, кружевные золотистые блины. Никогда и ни у кого таких вкусных не ел. Вспомнилось, как мы с дедом ходили рыбачить на озеро, как он мастерил для меня свистульки, коробочки и разных зверушек из дерева.

— Вот мой старый дом, – сказал я севшим голосом, и Вовчик удивленно на меня покосился.

Дом, конечно, выглядел заброшенным – а как иначе? Двор и сад заросли, дорожка к бане терялась в густой траве, дом словно присел, нахмурился немытыми окнами, глубоко надвинул на глаза чуть просевшую крышу. Но в целом еще бодрился: забор, поставленный дедом, не упал, дверь не перекосилась в проеме, а внутри было уютно, словно хозяева уехали, но скоро вернутся.

— Старье одно кругом, – сказала Инга, поджав губы, – пылища.

— Ты же девушка, приберись, если не нравится что-то, – огрызнулся я.

«Пылищи», кстати, особо и не было. Мы побродили по комнатам (которых было всего-то три плюс кухня и сени), решили, кто где будет спать, а потом отправились во двор искать место для шашлыка.

День прошел весело, даже Инга не слишком меня раздражала. Мы отправились к озеру. Оно и вправду было большим, чистым и прозрачным, как мне запомнилось. Никого, кроме нас, тут не было, мы накупались вдоволь в теплой, прогретой солнцем воде, а после валялись на траве, болтали.

— А там что? – спросил Марат, указывая на маленький островок в центре озера. На островке росли ели, среди них торчала каменная пирамида: несколько огромных валунов, прислонившихся друг к другу спинами.

— Это Волчий остров и есть, а на нем – Волчий камень, – ответил я. – Точно не помню, но место особое. Лечебное или… Не знаю. Но соваться туда нельзя.

— Кому нельзя? Кто мне запретит? – немедленно встряла Инга. – Колхозники местные?

— Лучше все-таки не стоит, местные считают это место священным, не нужно нарушать чужие обычаи, – раздался сбоку высокий девичий голос, и мы обернулись.

Перед нами стояла девушка, которая словно сошла с иллюстрации к сборнику русских народных сказок: большие голубые глаза, пшеничного цвета коса, длинный сарафан. Правда, в руке она держала ведро и удочку, а на запястье поблескивали смарт-часы.

Марат и Вовчик разинули рты. Инга ревниво фыркнула, а я в тот же миг вспомнил, кто эта девушка.