Книга Детектив в пути, страница 28 – Татьяна Устинова, Марина Крамер, Анна и Сергей Литвиновы, и др.

— Ты в какую сторону? – наступала она ему на пятки, когда он шел к своей машине на стоянку. – До метро не подкинешь?

Ему было не по пути, но отказать не рискнул. У Нины была репутация злопамятной и вредной девушки. Это снова Сергей поставил его в известность. Сам же Глеб думал, что девушка с такой улыбкой не может быть врединой.

— Подкину, конечно, – ответил он, распахивая перед ней пассажирскую дверь. И соврал: – Мне тоже в ту сторону.

— Алла как к тебе? – тут же задала вопрос Ниночка, едва пристегнув ремень безопасности.

— Нормально. Отпуск подписала. Через пару недель поеду с семьей на море.

— Надо же! – вытаращилась Ниночка, и ее губы сложились в недоверчивую улыбку. – Впервые такое!

— То есть?

Он тут же начал цитировать ей пункты коллективного договора, с которым его ознакомили при поступлении на работу.

— Серьезно? – Она звонко рассмеялась. – Иванов уже полтора года без отпуска, если что. Один раз ушел, да через три дня отозвали. И необходимости не было, если что. Просто Алла вредничала.

— Зачем?

Он слушал вполуха. Сплетен ему хватало и на прежнем месте. Работать там стало сложно, почти невозможно: если не участвуешь в общей травле, значит, ты не в лодке. Если примешь не ту сторону, снова ты за бортом. Вовремя не поддакнешь, не улыбнешься многозначительно, станешь изгоем в два счета.

Глеб не успевал подстраиваться к стремительно меняющемуся мнению большей части коллектива. Устал! Издергался! И в итоге ушел.

Если здесь намечается что-то похожее, он терпеть не станет. Уйдет задолго до того, как снова придется глотать снотворное. Будет работать из дома. Уже не раз подумывал.

— Почему вредничала? – уточнил он, чтобы изобразить заинтересованность.

— А он ей отказал. – Ниночка многозначительно вытаращилась.

— В чем отказал?

Он в самом деле не понимал. Если Ниночка имела в виду то, на что намекал Сергей, – вряд ли. Представить его рядом с Аллой было невозможно. Она – элегантная, красивая, с потрясающей фигурой. А он – вечно с припухшим лицом, на котором то и дело появлялись прыщи. Неряшливо одет, стрижка дурацкая.

— Не стал с ней спать, – прямо ответила Ниночка. – Она его и гнобит уже полтора года.

— А чего не уволила? – хмыкнул Глеб.

— Ну, ты же сам знаешь, он почти гений.

Глеб пока ничего гениального в коллеге не заметил. Его сын Мишка куда талантливее. Он счел, что слово «почти» имеет приоритетное значение.

— А почему он не ушел? Такой прессинг выдерживать достаточно сложно и…

— А он в нее влюбился. Ревнует теперь. И гадит всем, на кого она глаз положит. Переживает страшно, – перебила его Ниночка и снова звонко рассмеялась. – Аллочка мастерица в этом деле. Влюбит в себя кого захочет. Смотри не попадись…

Попался или нет? Почему в последние дни он думает о ней все чаще и чаще? После памятного пикника на майских праздниках, на который они отправились всем коллективом, он только и делал, что без конца сравнивал свою жену с начальницей.

Глеб покосился на задремавшую Жанну. Да, она была измучена долгой дорогой, духотой и капризами детей, этим объясняются сальные волосы, синяки под глазами и лоснившаяся кожа.

Но надеть-то на себя могла что-то поприличнее! Шкафы раздуваются от нарядов, которые она без конца покупает. Почему в дорогу надо было непременно надевать старую вытянувшуюся футболку и бесформенные треники? Для удобства? В чем оно? В том, чтобы выглядеть нелепо? Как пугало?