Книга Ты умрешь красивой, страница 77 – Юлия Лист

— Как и ребятам из лицея Генриха IV! — Сердце Веры упало от осознания, что они внезапно подошли вплотную к тайне.

— То есть это может быть папаша одного из ребят, — быстро заговорил Эмиль. — Отца Адриена мы исключаем сразу, он не мог убить собственного сына. Отца того, первого мальчишки, скорее всего, тоже. Он до сих пор обивает пороги полиции и моего бюро, Юбер не знает, как от него отделаться. Либо это отец Тьерри, но он давно живет в Норвегии, либо его мать… Но ты говоришь, убийца — мужчина. Что еще можешь сказать об этом человеке?

Зоя молчала.

— Мне что, еще одно яблоко сожрать?

— Он… — начала та, все еще пребывая в раздумьях. — Его душевное состояние очень хорошо описал в своем романе Куаду. Жан Живодер — по сути тот, кого мы ищем. Бедняжка парень, работающий в сфере услуг, подвергшийся насилию или получивший травму, уничтоживший своего мучителя… Вы ведь читали, да? — обратилась она к Вере. — О том, как Жан Живодер замучил своими визитами королеву Екатерину и, в конце концов, убил ее.

Эмиль замер, слушая ее, пытаясь проникнуть в голову и самостоятельно разобраться в тех образах, которые приходили к этой странной девушке.

— То есть все-таки Куаду знал его? Они были знакомы?

— Скорее всего.

— А может, Куаду просто вдохновлялся похождениями маньяка, читая о нем в газетах?

Зоя опять надолго замолчала. Но Эмиль не посмел ее торопить, лишь терпеливо смотрел, как она усиленно думает.

— Нет, деталей в книге слишком много. Они совершенно точно были знакомы. Куаду — не из тех, у кого богатая фантазия. Он написал одну-единственную книгу. Сюжет он украл. Из жизни.

— Или это был он сам, — не удержался Эмиль. — Писал про себя.

Зоя закрыла глаза, сделав медленный, глубокий вдох, и замерла. Она сидела так довольно долго, потом медленно выдохнула и приподняла веки.

— Это не Куаду. У Куаду суицидальные наклонности, он очень чувствительный человек, но не убийца. Слишком впечатлительный. Он бы не смог совершить даже одно убийство, не говоря о двенадцати, которые на счету «Призрака Тюильри».

— Хорошо, — сдался Эмиль, отклонившись на спинку стула. — Что-то связанное с одеждой, говоришь… А ты знала, что на месте кафе «Тюильри», аккурат под квартирой Куаду была антикварная лавка? Убийства в деле о «Призраке Тюильри» происходили исключительно в парке Тюильри, Красного Человека тоже видели только там. И обвинили поначалу именно лавочника, поскольку у него нашли окровавленную рапиру. Надо прощупать всех, кто служил у него и чаще всего бывал в этой лавке.

Его взгляд загорелся, как у охотничьего спаниеля, взявшего след. Эмиль резко поднялся и быстрыми шагами направился к дверям, ведущим с террасы в столовую. На пороге он остановился, крикнув за спину:

— Вера, едем!

Под звуки отчаянного престо из «Лета» Вивальди они мчались по широкой трассе в Париж на синем «Мини Купере» со скоростью, превышающей дозволенную в два раза. Вера стиснула ручку двери, мысленно перебирая способы мягко вынудить Эмиля ехать помедленнее — просить было бесполезно, он честно сбрасывал до девяноста километров в час, но через минуту уже снова ехал под сто шестьдесят. Летний пейзаж было не разглядеть — за окошком авто как будто застыла сплошная серо-зеленая смазанная полоса.